Девятый день был единственным днем Похода, когда в нем поучаствовал Димус. Он привел в Суниш группу из шести следопытов, включая себя. Каждый из этой группы впоследствии сыграл свою роль…
Итилус был отправлен вслед за странным человеком в балахоне, исчез, но своим исчезновением подал знак остальным. Валус и Шмежекус погибли в схватке с тем же человеком, задержав его на время, достаточное, чтобы следопыты успели освободить Руртуса. Лидиус принял на себя стрелу, предназначенную принцу. Танырус уничтожил стрелка, поплатившись за это своей жизнью…
Лишь Димус, их старший, по-прежнему может дышать и помогать Дому. Он вместе с Валусом и Шмежекусом преследовал человека в балахоне, участвовал в схватке с ним и, к счастью, остался жив. Хотя… он был бы счастлив умереть за свое дело, войдя в число Вечных Следопытов Похода.
Теперь же он снова в Сунише. Вернее, его не покидал. В Воалии Димус провел несколько дней, восстанавливая силы после тяжелого ранения, которое обычный человек, скорее всего, не перенес бы.
И вот снова ему поручена серьезная миссия. Следопыт приступил к ее выполнению еще за два дня, до того как к нему присоединились Манус и Маскерус, участники Похода.
Они шли тихо. Шли по темной улице вдоль большого серого здания.
Следопыты уже обнаружили цель и следовали за ней по пятам. Она была проворна. Почувствовала ли она слежку или нет, но приблизиться к ней им пока не удавалось. Она исчезала, появлялась, мелькала где-то вдали, и следопыты устремлялись туда, поднимаясь в воздух.
Сейчас прелестница была совсем близко — за углом. В темный переулок она повлекла за собой молодого мужчину. Ей даже не пришло в голову где-то укрыться с ним. Если ранее она и обнаружила слежку, то сейчас абсолютно точно была уверена, что оторвалась. Иначе не соблазнилась бы на высокого красавца, с которым собиралась заняться любимым делом, называемым «любовь плюс смерть».
Мужчина не противился ее чарам. Девушка была хороша собой, да еще применила гипноз. Она кинула на тротуар свой плащ, оставшись в прозрачной накидке. В переулке было темно, но мужчина, улегшийся на такую необычную постель, все же мог различать близкие колышущиеся формы. Жаркие поцелуи покрывали все его тело, и он готов был взорваться еще до того, как окончательно с ней сольется.
Он стонал, когда к импровизированной постели на тротуаре выскочили трое с мечами.
Эти трое не пришли, а влетели в переулок.
Димус, Манус и Маскерус — спасающие мечи!
«Вот и встретились», — успел подумать Димус. Больше думать было некогда.
Прелестница подпрыгнула, когда одновременно три клинка пытались настичь девицу на ее порочном ложе. Она быстро все поняла. Но злость не дала мыслить трезво, и прелестница не бросилась наутек, что могло бы ее спасти. С бешеным криком она прыгнула на Маскеруса, выпуская длинные когти-ножи из доселе прекрасных пальчиков.
Следопыт махнул мечом, девица уклонилась. Она ловко прыгнула в сторону, ногами оттолкнулась от каменной стены здания и уже молнией летела на Димуса. Тот прикрылся клинком, по которому лишь скользнули когти.
Тем временем Манус поднял на ноги и отправил подальше мужчину, выбранного оборотнем на роль своей очередной жертвы. Опомнившийся и испуганный, тот побежал прочь. Манус же вновь присоединился к друзьям.
На этот раз тихо у них не получилось: не смогли быстро прикончить кровожадную тварь.
Прелестница запрыгала по мостовой, отталкиваясь от ее камней, узких стен, пытаясь запутать вращающихся следом за ней нумусов. При этом она дико визжала, почти оглушая их. И это было плохо: жители Суниша должны спать спокойно!
Но следопытам не оставалось ничего другого, как довести дело до конца.
Длинные когти чиркнули Мануса по бедру. Потом пришлись по лицу Димуса. Щеку обожгло, но Вспоминающий быстро прогнал эту боль.
Следопыты пока не могли достать оборотня — не получалось даже ранить. У них был довольно сильный соперник.
Но не бессмертный…
Все продолжалось минуты три. Димус уже привык к ее прыжкам. Прелестница двигалась медленнее, похоже, уставала. Просчитав ее полет после очередного толчка от стены, следопыт метнул меч. Свой последний прыжок она заканчивала уже с пробитой грудной клеткой.
Прелестница упала рядом с расстеленным на тротуаре плащом. Еще один клинок — Мануса — торчал в ее животе.
— Каждый должен быть на своем месте, — спокойно произнес Димус. Он посмотрел на останки девицы, понимая, что та уже ничего не слышит.
— Если нет места в этом мире, ступай в тот, — закончил Маскерус.
Манус освободил свой видавший виды меч. Он промолчал.
Останки поместили в мешок. Оставлять их на улице мирного города следопыты не собирались. Димус закинул мешок на плечо:
— Уходим.
— Вы идите, я догоню, — отделился от них Манус.
Маскерус только кивнул и тут же направился в сторону, откуда они пришли. Димус последовал за ним. Он тоже понял, почему товарищ решил задержаться…
На вид парню было около двадцати пяти. Он уселся на тротуаре, обхватив руками колени и опустив голову. Сидя так, он раскачивался, пытаясь успокоиться. Манус остановился рядом, присел на корточки.
— Как тебя зовут?
