Судя по слухам, зарплата у тех, кому повезло оказаться в штате, была заоблачной, ни в какой государственной конторе таких денег не платили. Но зато и работали они адски, по двенадцать часов в сутки, стучали друг на друга, постоянно подсиживали и готовы были сделать любую гадость ближнему, лишь бы удержаться на должности. На перекур толком не выйдешь, штрафуют, за малейшие опоздания тоже штрафуют, за то, что одет не так, как положено, – тоже штраф. А за более серьезные проступки – так вообще тут же увольняют. Одну секретаршу тут же выставили за дверь, когда ей вздумалось в обеденный перерыв пробежаться по магазинам, а шефу она срочно понадобилась. А еще был случай, что кто-то донес, будто в таком-то отделе обсуждают, у кого какая зарплата, – так начальство сразу же уволило весь отдел, не разбираясь, кто обсуждал, что говорил и говорил ли вообще.
Вот на эту фирму и посчастливилось устроиться Зое. Не секретарем, конечно, всего лишь уборщицей, но и это показалось неплохо. Зарплата немалая, целых двести рублей в месяц, больше, чем у инженера или младшего научного сотрудника. График удобный – всю неделю работаешь всего лишь несколько часов по утрам, и только один полный день дежурства, когда сидишь в офисе на всякий случай: вдруг где горшок с цветами опрокинется или кофе прольется. Правда, вставать приходилось рано, около пяти, чтобы в шесть уже быть в здании фирмы и приступить к работе, но Зоя хоть жила недалеко, десять минут пешком – и на месте. Зато одежду рабочую выдали – хоть на улице такую носи, «фирм
Сначала Зоя решила, что ей подфартило необычайно, но очень скоро поняла, что ее зарплата вовсе не так уж велика, а соблазнов вокруг много. На такси проехать – рубль, а то и три, когда далеко, в ресторане посидеть – тоже минимум трешка, даже сапоги зимние – и те дешевле ста рублей не купишь, если хорошие. Денег снова стало не хватать, и тогда Зое пришла в голову идея сдавать одну из комнат. А почему бы и нет? Хоть и не отдельная квартира, зато в центре, почти у Кремля. Рублей сто в месяц на этом деле можно поиметь… Поди плохо!
И Зоя развернула кипучую деятельность. Купила кровать, стол и пару стульев, поставила в комнату за кухней, вымыла там окно, повесила дешевые занавески. Пришлось, конечно, потратиться, но она понимала, что без этого нельзя, и надеялась, что деньги скоро вернутся. И начала придирчиво выбирать жильцов, поскольку в те годы спрос на рынке недвижимости еще многократно превышал предложение.
Первым жильцом оказался какой-то предприниматель с Кавказа, который весьма понравился Зое, больше всего – толщиной кошелька. Человек он был веселый, компанейский, любил выпить, но непременно в компании и часто угощал Зою и даже Антона собственноручно приготовленным пловом с бараниной или курицей. Но где-то через полгода он внезапно исчез, ни о чем не предупредив и не заплатив за последний месяц.
Затем в квартире поселился абитуриент, которому родители, проживающие и работающие где-то на Севере, прочили карьеру журналиста. Но на экзаменах в МГУ парень с треском провалился, и комната за кухней вновь опустела.
А потом, перед самым началом учебного года, на пороге появилась еще одна жиличка. Девочка в больших очках. В одной руке скрипка в футляре, в другой красный новенький чемоданчик. Маленькая, щупленькая, темные глаза, длинные волосы, убранные в хвост, коротенькая клетчатая юбчонка, белые гольфики и туфельки на маленьких каблучках. Вся какая-то смешная, ростом меньше Зои, а та высотой похвалиться никогда не могла.
– Вам чего? – грубовато спросила, открыв дверь, Зоя и с ненавистью поглядела на скрипку.
– Я Оля, – пролепетала, растерявшись от такого приема, девочка.
– И что?
– Ну как же… Вы же договорились с моими родителями… По телефону, помните? Я из Санкт-Петербурга… Вы сказали, что у вас комната сдается, пустует и можно приезжать… Вот я и приехала, только что с вокзала.
– Так это ты из Ленинграда, что ли?
– Да.
Зоя хмуро смотрела на девчонку. Она действительно договаривалась по телефону с кем-то из Ленинграда насчет нового жильца, но слышно было не очень хорошо, и она решила, что речь идет о парне по имени Коля. А эта пигалица… Хоть она и выглядела безобидной, но интуиция сразу подсказала Зое, что в ней есть какая-то опасность. Да еще и скрипка! Всю жизнь ее преследуют эти музыканты… И Ольга, Илюшина жена, и теща его, и сыночек их, дебил, чтоб им всем ни дна ни покрышки!
Увидев, что хозяйка квартиры колеблется, девочка предложила:
– Я готова сразу за три месяца заплатить…
– Давай, – кивнула Зоя, в которой алчность заглушила внутренний голос.
– Хорошо, – не стала спорить Оля. – Заплачу, если мне понравится комната.
