Байрон Даки один сидел за зеленым восьмиугольным столом. Справа от него, на маленьком столике, лежали стопки красных, белых, синих фишек для покера. Слева стояла сервировочная тележка с разными сортами виски, сифоном, дюжиной чистых рюмок и большой чашей, доверху набитой кубиками льда. Находясь в одиночестве, Байрон Даки коротал время за картами. Его безукоризненно ухоженные, ловкие пальцы стасовали колоду, срезали ее и затем принялись выкладывать из карт какую-то затейливую комбинацию пасьянса с гаданием. По красивому, тонкому, аскетическому лицу Даки невозможно было догадаться, доволен ли он раскладом. Царившую в комнате и во всей просторной квартире тишину не нарушало ничто, кроме легкого шуршания карт в руках Даки.
Байрон Даки один сидел за зеленым восьмиугольным столом. Справа от него, на маленьком столике, лежали стопки красных, белых, синих фишек для покера. Слева стояла сервировочная тележка с разными сортами виски, сифоном, дюжиной чистых рюмок и большой чашей, доверху набитой кубиками льда.
Находясь в одиночестве, Байрон Даки коротал время за картами. Его безукоризненно ухоженные, ловкие пальцы стасовали колоду, срезали ее и затем принялись выкладывать из карт какую-то затейливую комбинацию пасьянса с гаданием. По красивому, тонкому, аскетическому лицу Даки невозможно было догадаться, доволен ли он раскладом. Царившую в комнате и во всей просторной квартире тишину не нарушало ничто, кроме легкого шуршания карт в руках Даки.
Так продолжалось, пока со слабым металлическим щелчком не отворилась наружная дверь. Она была вне поля зрения хозяина, но он приветливо крикнул:
— Входите, кто там!
Он ожидал увидеть одного из своих партнеров по картам. Но человек, спустя полминуты представший перед его глазами, явно пришел не для того, чтобы играть в карты. Он был маленького роста — до шести футов ему не хватало нескольких дюймов — и чрезвычайно худ. На нем были грязные серые брюки и измятая белая рубашка с открытым воротом и засученными рукавами. Песочного цвета волосы спутались и были в полном беспорядке. Маленькое лицо выглядело перекошенным, в тусклых светлых глазах читалась решимость отчаяния. В правой руке он держал внушительных размеров нож.
Байрон Даки не тронулся с места, только перестал раскладывать карты и спросил:
— Что вам надо?
Незнакомец не ответил. Подозрительно оглядев комнату, он задал встречный вопрос.
— Мы здесь одни?
Даки, может быть напрасно, кивнул.
— О'кей, — сказал странный молодой человек. — Не старайтесь мне помешать, и я не причиню вам вреда.
— Что вам надо? — снова спросил Даки. Но на сей раз голос его прозвучал чуть требовательнее, холоднее; вопрос он задал не машинально, как раньше.
Ответа он, однако, не получил и теперь. Молодой человек еще раз окинул взглядом комнату, должно быть, пытаясь определить, есть ли здесь что-нибудь полезное для него. Увидев сбоку от хозяина бутылки, он несколько просветлел.
— Я бы не прочь выпить.
— Сядьте, и я вам налью, — сказал Даки.
Он подождал, пока посетитель сядет. Тот, соблюдая, вероятно, осторожность, выбрал место прямо напротив Даки, на наибольшем от него расстоянии. Правую руку он положил на стол. Блестящее, дюймов в шесть лезвие выделялось на зеленой поверхности стола, как брильянт на черном бархате.
— Что будете пить, бербон или шотландское?
Неожиданная возможность выбора на миг смутила молодого человека, и он лишь после некоторого колебания ответил:
— Бербон. Большую рюмку, со льдом.
Наступило молчание. Даки налил виски, бросил в него лед и двинул рюмку через стол. Молодой человек принял ее левой рукой, сделал большой глоток, слегка поморщился.
— Мне нужны деньги и ключи от вашей машины, — сказал он затем, — и я хочу знать, где вы ее держите. А еще я хочу переодеться.
Не торопясь исполнять предъявленные требования, Даки заметил:
— Это не похоже на обычный налет.
— Ну, так это не обычный налет. — Молодой человек снова глотнул виски. — Пошевеливайтесь, вы меня слышали.
Но Даки перевел разговор на другую тему:
— Между прочим, кто вы такой?
— Не ваше, черт…
— Должно быть, вы Рик Мэсден.
По лицу молодого человека скользнула мимолетная горделивая усмешка.
— Вы, я думаю, следите за последними известиями по радио и телевидению.
— Случается, — кивнул Даки.
— О'кей, я Рик Мэсден. На прошлой неделе я зарезал в баре двоих. Мою девушку и ее нового друга. Через пару дней меня поймали, но вчера утром я сбежал. — Он опять усмехнулся. — Потому что сумел раздобыть новый нож.
— Не возражаете, если я составлю вам компанию и тоже выпью? — Даки потянулся к одному из графинов.
Но Мэсден, поставив собственную недопитую рюмку неожиданно трахнул левой рукой по столу.
— К черту! Я вам сказал, что мне нужно, и я желаю получить это немедленно!
От выпивки Даки воздержался, но с места по-прежнему не тронулся.
— Обсудим ситуацию, Мэсден, — начал он.
На несколько дюймов оторвав правую руку от стола, Мэсден угрожающе пошевелил ножом.
— Послушайте, мистер, — с расстановкой проговорил он, — либо вы сделаете то, что я вам сказал, либо я зарежу вас в точности так, как зарезал других.
Даки и на сей раз не дрогнул.
— Ни с места, Мэсден! — скомандовал он так резко и властно, что Мэсден, в первый момент по крайней мере, не посмел ослушаться. — Прежде чем вы решитесь на попытку прирезать меня, послушайте лучше, что я вам скажу.
Мэсден, видать, уже почуял опасность. Он притих, перестал размахивать ножом. Наконец он сказал:
— Я слушаю.