Она нежная и ранимая. Не может без любви, теряет себя, растворяется в темноте холодного Питера. Он – загадка для многих – нелюдим, одинок, хмур и молчалив. Но он знает, как быть счастливым! У каждого свое представление о желаемом и возможном. Может ли что-либо изменить их встреча? Пока жизнь сдает двоим карты, где-то далеко живет малыш. Ему ничего не известно о мире, и потому – возможно все! Книга о мужчинах, жизненных принципах, о смелости следовать своему пути до конца. Это психологический, философский, экзистенциальный роман. Те, кому довелось читать "Байону", узнают о судьбе героини.
Идет дождь. Давно. С самого 1703 года. Постепенно светает. Он курит под каменной аркой старого дома. Сигарета не доставляет никакого удовольствия. Курит так, по привычке. На набережной Невы тускло светятся забытые фонари.
Рассвет застает его на улице. Байкер недовольно морщится и спрашивает себя, какого черта он забыл здесь. Ник не видел дня несколько лет. Он открывал глаза, когда солнце закрывало свои. У горизонта оставляло оно напоминание о себе – утухающими проблесками заката. Высокие густые сумерки поднимались к звездам, и Ник неизменно выезжал за порог «берлоги», в свой мир – мир, лишенный солнца, но не лишенный света. Да, давно он не видел дня – восемнадцать лет. Ночью все проще, понятней. Он привык.
День паскудно высвечивает неоспоримые факты. Ник не желает о них думать, но мысли сами лезут в голову. Необходимо переключить внимание на самое важное и лучшее. Ник заботливо оглядывает мотоцикл. В душу байкера вливается спокойствие. Лицо немного светлеет. Так смотрят на близких, дорогих сердцу людей. Бывалый в ответ блестит хромом с молчаливым недоумением. Ему тоже непонятно, зачем они здесь.
«Скоро поедем», – мысленно обещает ему Ник и выдыхает, выпуская сигаретный дым. Спать не хочется. Надо занять себя чем-либо. Из-под арки видна часть улицы. Уверенный спокойный взгляд блуждает вдоль набережной. Ник без особого оптимизма соображает, куда бы податься. В эту раннюю пору «мишеней» для вылазки не находится. Когда в жизни непорядок, нужно срочно чем-то занять руки. Это неписаный закон Ника. А чем конкретно – «рогами» Бывалого, инструментами, дракой, выпивкой или мягким женским телом – дело конкретного стечения обстоятельств.
Любимый бар закрыт. Славное местечко! Ближе к ночи потянутся туда мотовладельцы всех мастей. У кого-то мотоцикл – стиль жизни, у кого-то – хобби. Кто-то из них – байкеры, а кто-то – райдеры, мотоциклисты. В Route 98 приезжают разные люди: и клубные идейные, и злостные бродяги-одиночки, и просто вольные ездоки – любители свободы, ветра, дорог, и молодая безбашенная поросль уличных гонщиков.
Свои в Route 98, как правило, подкатывают на тяжелых дорожных мотоциклах, круизерах, турерах. Нику по душе именно такие. Никакого пластика, спортивных форм и маломерных объемов. Много хрома и кожи. Мощь и красота механизма в сотни лошадей. Именно этих мотоциклов много у поколения «за сорок» и у клубных. А те, кто помоложе, выбирают в основном спортивные модели – воплощение новейших разработок, скорости и самой печальной статистики дорожно-транспортных происшествий.
Как водится, в местах скопления мотоциклов обретаются «скамейкеры» – по тем или иным причинам потерявшие свой мот либо никогда такового не имевшие, поклонники мотокультуры, а также просто любители потусоваться в байкерской атмосфере.
У Ската в баре всегда много народу. Общие интерес и любовь к мотоциклам сводят вместе разных людей. Под бессмертные мотивы рока они проводят время за разговорами по теме, за выпивкой, трепом и съемом девок. Они просто получают удовольствие или желают отгородиться от проблем и жизненных неурядиц, просаживают заработанные денежки, отдыхают после скоростных прохватов либо настраиваются на выезд.
Ник затягивается сигаретой и стряхивает пепел как можно дальше от Бывалого. Мастерская непривычно пустует. Он вчера отдал крайний заказ – чоппер на базе американского круизера Honda Shadow VT 750. По-прежнему много желающих перекроить мотоциклы под себя, побаловать двухколесных братьев новыми индивидуальными «приблудами» либо получить абсолютно неповторимую самоделку из рук Ника. На каждый аппарат требуются недели и даже месяцы. Подобные траты в его ситуации стали непозволительными.
До ночи, в которую можно с удовольствием опять уйти, еще далеко. Неожиданно Ник закашлялся. Боль пришла внезапно, разлилась внутри и сцепила крепким хватом. Дыхание перехватило. Пора привыкать. Ник пережидает приступ и продолжает курить. Ему неловко оттого, что Бывалый становится свидетелем. Он вешает шлем на зеркало заднего вида и покидает мот.
Надо бы поспать, совсем немного восстановиться. Но Ник знает: сегодня не заснет. Слоняться без дела он не умеет, а дела-то, оказывается, на сегодня никакого нет.
Становится неуютно. Байкер хмурится. Краски наступающего дня смущают, слишком навязчиво бросаются в глаза, отвлекают. Нестройные мысли обрываются, скользят и путаются. Чего он ждет? Надо ехать.
Ник понимает необходимость действовать, но с места не двигается. Скоро город будет полон людей, а пока можно еще постоять немного. Что-то сродни ленивому безразличию внутри и обманчиво-спокойной пустоте улицы удерживает время.
Докурив, Ник смотрит, как крупные капли дождя барабанят по лужам. Мимо проходит седовласая сухонькая старушка. При виде здоровенного мужика в цепях и коже она боязливо прижимает сумочку к груди и старательно прибавляет шагу.
