О, люди, печетесь чересчур о том вы, как человеческую меру не нарушить в обыкновениях и договорах ваших, но вы ее достигли очень мало в божественном соизмерении с законом и продвижением Святой Премудрости трудов.

Все дни вы обоюдно себя забрасываете пустословьем, – так Стефан перводьякон поражен был: его камнями закидали суровые блюстители закона, в своих словах черпая друг для друга благословенье и поддержку.

Начнем любить друг друга, мои братья, и мы исправимся затем, и совершенствоваться вместе будем, пока нас не преобразит сама любовь.

<p>59</p>

От древности до наших дней вы бесконечность обрели господства в числах. Но эти силы все почти мертвы. И что вам даст двойной квадрат, коль не известен вам его квадратный корень?

Не смешивайте меж собой законы сущностей различных. И очевидно многим, что есть великое соотношение троичного числа и семерицы, поскольку семь есть свойство трех; семерка управляет преходящим, но ясно также, что этот септенер не оставляет ни следа на форме человечьей.

Поскольку не воплощается вещественно семерка, постольку появляется она лишь после избавленья, на землю приходя к нам с целью преподать урок начальный о нашей прежней славе.

И, разумеется, восьмерка не может признака иметь средь составных вещей, ведь царствие ее не в этом мире; и потому, как видели уже мы, не ей одной присуща форма шесть.

Не путайте квадрат и короб с кватернером, которым ведает начало; квадрат имеет отношение к господству, а короб – к правосудию.

Хоть символы сии в себе несут число одно и то же, по смыслу и характеру различные они. Нельзя ли чувством меры обладать в доверии к таким из аксиом, которые являют только очевидности природы?

Превыше части целое. Но как закон сей применить к простому существу? Ведь если очевиден он в порядке естества, то он ничто в несоставном устройстве и ложен для порядка смешанного типа.

Мысль наша способна ощущаться только в тишине телесной: упокоением элементов высшее творится. Но в мысленном безмолвии сердечное развитие происходит: в покое высшего Божественное прорастает.

<p>60</p>

Молился я, смятенье чувствуя оставленного человека и ниже самого «себя» ниспавшего. Но кротко чистый свет взошел из глубины моей души, по сущности моей разлившись.

Да будет свет, и свет явился.

Так приходил ли ты, мой всемогущий Бог, когда велел вселенной сотвориться, распространивши свет над всем созданием Своим? В инерции начало жизни тварей пребывало, и свет блистал над ними, которого они не ощущали, поскольку были подобными ребенку, заснувшему средь бела дня.

И Твое Слово их проникло; они очнулись ото сна, и каждый занял свое место, которое Ты во вселенной им определил.

Взошедши в степень действенности этой, они оставили вниз падать тех, кто оказался непокорным Слову Твоему и не раскрыл свои глаза для света.

Светила, как алмазы, которые Ты от Своей короны оторвал и разбросал от Своего престола по граням мiроздания, чтобы оно восприняло идею Твоего богатства и великолепья.

Невежды скажут, будто их краса обманывала человека, и в заблуждении своем возрос до поклоненья звездам он. Но коль вы сами не возноситесь особо, то не найдете идолатрии источник от горних мест.

Светила эти говорили с человеком? Угрозами его страшили, иль обещаньями манили?

И если сущность всякая не трогала бы человека благодеянием реальным и упованья наслажденьем, иль не могла бы ужасом его объять от созерцания величья, то человек не отвечал бы никогда почтеньем и молитвой.

Спокойно пользуется он дарами света и прочих преимуществ естества; опустошения и катастрофы, свидетелем которых делается человек, его бросают в бегство: предотвратить он их не может.

Животным идолопоклонство предстало б менее безумным, чем поклонение светилам; вред причинить животные способны, но слову и сообразительности человека повинуясь, становятся они гораздо безопасней.

И разве наша мысль, на это опираясь, не сумеет исказиться? И разве идолопоклонство не извращение первичного и чистого закона? И разве истина могла иметь в своем начале смятение и заблужденье?

Ведь слово это существо, которое воздействие использует свое; отнюдь не вещи, в свою окружность вовлеченные как звезды; последние от сердца человека получали дань вольную молитвы.

А прежде, человеческое сердце, несло ты дань к Предвечного престолу: и только там магнит могучий пребывает; к нему единому должно стремиться ты.

Когда перестаешь ты восходить до этой высоты, то обретаешь множество существ, несущих образ высшего начала, хотя они собой лишь образ знаменуют; и, простираясь ниц пред ними, ты порождаешь идолопоклонство.

Глаза мои закройте на идольские капища в преступности своей: они возникли в сумрачных местах, которые пронизать свет не в силах.

<p>61</p>

Не так ли, говорит Господь, что Я открыл вам все источники Своих даров? Я мог бы с ликованьем жизнь распространять во всех созданиях Моих и окружить вас чудесами Слова Моего и Моего господства.

Перейти на страницу:

Похожие книги