«По времени корабля радиограмма категории «безотлагательно» пришла за полночь, когда оба члена экипажа уже спали. Сопутствующий радиограмме код, однако, инициировал зуммер общей тревоги, так что через минуту Марат Гуляев, чертыхаясь спросонья, приступил к расшифровке.Закончив, Марат помянул непотребную мать и взглянул на напарника…»
По времени корабля радиограмма категории «безотлагательно» пришла за полночь, когда оба члена экипажа уже спали. Сопутствующий радиограмме код, однако, инициировал зуммер общей тревоги, так что через минуту Марат Гуляев, чертыхаясь спросонья, приступил к расшифровке.
Закончив, Марат помянул непотребную мать и взглянул на напарника.
Поль Бушар, остролицый, черноволосый, с длинным хрящеватым носом над тонкими щегольскими усиками, ожесточенно протирал глаза и невнятно бранился. По его виду можно было смело определить, какого Поль мнения о полуночных радиограммах, и в особенности о тех, кто их посылает.
– Можешь радоваться, дружище, – с кривой усмешкой сказал Марат, – нам тут счастье привалило. Не было печали, глухонемые накачали. Приказано сменить курс и гнать в сопредельный квадрат на помощь – там у них какая-то заварушка.
Поль в ответ разразился бурной бранью на родном французском. Марат, хотя разобрал из пространной речи лишь слово «дерьмо», сочувственно покивал. Глухонемыми, а чаще глухарями, называли гуманоидов со Свана, четвертой планеты в системе беты Лебедя. Официально у Земли со Сваном был мир, взаимопонимание и теплые дружественные. На практике же о взаимопонимании и дружбе не было и речи. А вот конфликтов в пограничных зонах и на периферийных планетах как раз хватало. Дипломаты с обеих сторон из кожи вон лезли, чтобы не допустить перерастания конфликтов в нечто большее. И приходилось дипломатам нелегко: несмотря на внешнее сходство, расы разнились едва ли не во всем остальном, и разнились кардинально. Упрямство, вздорность и спесивость глухарей вошли у землян в пословицу. Об их этических и поведенческих нормах травили анекдоты.
– Что за заварушка? – Поль перешел, наконец, на английский. – И при чем к ней мы?
– Да похоже, на базе сами ни черта не знают, – Марат пробежал глазами расшифровку. – Какая-то планета на расстоянии полупрыжка, координаты уточняются. То ли глухари терпят там бедствие, то ли бедствие терпит их. Возможно, понадобится спасательная операция. А возможно, надо понимать, и не понадобится.
– Ясно. – Поль обреченно вздохнул. – Ладно, пойду, сварю кофе. Авось успеем позавтракать.
Позавтракать, однако, не удалось. Повторная радиограмма не заставила себя ждать.
– Час от часу не легче, – сказал Марат, закончив расшифровку. – Координаты поступили вместе с приказом двигаться туда незамедлительно. Планета необитаема. У глухарей там что-то типа лаборатории или экологической станции. Насколько я понял, там наводнение, то ли все уже затопило, то ли скоро затопит. В общем, нам предписывается локализовать здание станции по сигналу радиомаяка, персонал эвакуировать и принять на борт, дальше они полетят с нами. Ну а самое интересное в конце.
– Мне погадать или так скажешь?
– Скажу, скажу. Нам сообщают, что персонал станции состоит из двух особей. Обе две – женского пола.
– Этого только не хватало! – Поль в сердцах саданул кулаком по столу. – Вот же невезуха. Ладно, следи за кофе, я пошел прокладывать курс.
Насчет невезухи Марат был согласен. «Антей», грузовоз-тысячетонник класса гамма, совершал плановый шестимесячный рейс на базу с аграрной планеты, где несколько сотен землян-квартирьеров боролись со строптивой флорой и агрессивной фауной. После рейса экипажу полагался отпуск, и Марат с Полем давно уже сговорились закатиться на Эрос и просадить там премиальные в игорных заведениях, если, конечно, не удастся раньше истратить их на девочек. Каждый новый день это событие неукоснительно приближал. Теперь же фешенебельные казино со сговорчивыми хостессами откладывались, и предстояло тащиться бог весть куда выручать чертовых глухарей. Которые, к тому же, оказались глухарками, существами, по слухам, злобными, сварливыми и стервозными. Не говоря уже о том, что асоциальными.
Посадочный модуль отделился от борта «Антея» и вошел в стратосферу. Трясло немилосердно, через динамики шлемофона Марат явственно слышал, как у Поля стучали зубы.
– Интересно, глухари нам выплатят премиальные? – риторически спросил Марат, когда тряска несколько улеглась. – От наших деятелей награды точно не дождешься.
– Да, как же, – буркнул Поль. – Получишь в награду собачьи уши. Как хотя бы называется эта планета?
– А пес ее знает, – Марат пожал плечами. – Не успел посмотреть.
– Болван.
– Согласен.
– Хоть что-то ты посмотреть успел?
Марат, потративший полчаса на изучение справочников, пока Поль готовил корабль к прыжку, с важностью кивнул.
– Успел, – сказал он. – Выяснил, что нам нужен АЦП.
– Чего нужно?
– Для не отягощенных излишками интеллекта повторю. АЦП – аналого-цифровой преобразователь. И к нему акустический ресивер. Будь у нас эти приборы, мы могли бы услыхать, как токуют глухари. Они, оказывается, болтают между собой почище нашего. И, соответственно, прекрасно друг друга слышат. Только голоса у них лежат в ультразвуковом диапазоне. Поэтому мы не слышим их. А они, соответственно, нас.
