Полностью проигнорировав дитя, что стояло перед ним, мужчина начал осматривать место вокруг себя, а спустя пару мгновений вновь заговорил:
– Я определенно чувствую его магию, – и наклонившись к мальцу, более грозно произнес, – ты же знаешь Степане Сергеевича, я прав?
– Д-да, знаю… – паренек попятился назад, – Он за той дверью.
– Спасибо! – выпрямившись, мужчина с желто-зелеными глазами и тёмно-русыми волосами, направился к указанной двери. Юноша же поспешил за ним следом, ведь если это недоброжелатель Степана Сергеевича, то свидетель в лице пусть и младшего, но графа могло сыграть важную роль в деле.
Уверенно распахнув дверь, данный человек вошел в комнату как к себе домой, а заприметив лекаря, рыча сквозь зубы забормотал:
– Пузо, ты совсем охренел меня так дергать?
– О, Веся пришел! Ну сейчас дела в миг в гору пойдут! – старец, не поворачиваясь к гостю, добродушно сказал девушке в форме служанки, что сидела на против и аккуратно меняла насквозь пропитанную кровью тряпку.
– Пузо, не зли меня! Мне только масть хорошая пошла… А, ты? Если дело плевое, я тебя тогда… Тогда… – мужчина злостно уставился в спину лекарю, а тот только хитро улыбнувшись, не спешно повернул лицо в сторону и взглянув через плечо:
– Что тогда? Ну? Ты хочешь кинуть мне вызов? – Степан Сергеевич растянул улыбку, – Ты сначала глянь на это, а уже после воду баламуть.
В комнате повисла тишина. Несколько минут гость мялся, не решаясь подойти к кровати. Стало видно, что его терзают какие-то сомнения касательно данной ситуации, но должок этому пердуну был гораздо серьезней, чем его душевные притязания. К тому же, по связи Пузиков описал проблему и Веснецкий примерно понимал, что его ждет, но набить себе цену никто не запрещает.
Набравшись наконец-то решительности мужчина неспешно направился в сторону лекаря. Заглянув через плечо, мужчина в миг изменился в лице. Удивление было настолько явным и сильным, что Долдич младший, не удержавшись искушению лицезреть что-то, что видели только взрослые мужчины, начал медленное и неуверенное движение в сторону кровати.
– А ты куда это собрался? – Степан Сергеевич выпрямился и повернувшись лицом к пареньку, сурово взглянул него.
– Я хочу убедиться, что с ней все в порядке!
– С ней все в порядке! – грозно и уверенно, не оборачиваясь заявил Веся, – я полагаю, ты сын здешнего графа?
– Да, это так…
– Хорошо, тогда сбегай к своему отцу и скажи, что сейчас лечением этой девушки занимается Григорий Анатольевич Веснецкий. Понял?
– Хорошо… – паренек напугано попятился назад.
Энергия, которая исходила от этого человека пугала и завораживала одновременно. И почувствовав нарастающее напряжение в воздухе Вячеслав неспешно попятился назад.
– Вот и ладненько, – сняв свой пиджак и небрежно кинув его на спинку стула, сказал мужчина. Он не спеша начал подворачивать рукава на белоснежной рубашке, – Ты это, не задерживайся тут. Чем быстрее он узнает, тем лучше.
Паренек сорвался с места и пулей вылетел с комнаты. Он напугано несся по коридору, словно его подгоняла свора голодных собак и ворвавшись в кабинет отца без стука, затараторил:
– Отец! Отец… – Долдич поднял руку к губам, давая понять, что у него сейчас идет очень важный диалог.
Блондинчик осознав происходящее в миг замолчал и мышкой проскользнул на диван в углу комнаты. Судорожно обхватил стоящую на столике чашку и залпом опустошил ее без остатка.
– Да, хорошо Виктор Сергеевич. Да-да.. я понял Вас. Конечно. Спасибо! До свидания.
Тяжело выдохнув и откинувшись на кресло Петр Алексеевич устало закрыл глаза. Разговор который только, что состоялся с Невским, выдался весьма сносным.
В моменты такого общения весьма четко прослеживалась грань между сословиями и разницей в статусах. Хотя на удивления Долдича, Невский не особо удивился истории графа.
Долдич сидел в своем кресле и обдумывал разговор, что только что состоялся. И выводы, которые посещали его голову, были не самыми лицеприятными. Его задача на данный момент была простой: «защитить и исцелить их гостью, а после озолотиться на средствах от герцога», но это было в перспективе, а сейчас…
– Что у тебя? – спустя пару минут, открыв глаза спросил граф сына, – Жива?
– Отец! Меня попросили тебе передать…
– Что такое? С ней все нормально? – граф несдержанно подскочил с места. Встревоженный возможными плохими новостями, он пристально уставился на сына.
– Теперь с ней все будет хорошо, так как ее лечением занимаюсь я, Григорий Анатольевич Веснецкий: конец цитаты, – паренек глубоко выдохнул и усевшись по удобнее на диванчики схватился за кружку отцовского чая.
– Чего? Веснецкий? Ты уверен?
