Внизу проплывал странный пустынный инопланетный пейзаж в серых тонах, ледяной ветер пробирал до костей. Смиты, стараясь не терять из вида их так и норовящую уйти в точку провожатую, чувствовали, как постепенно немеют их вцепившиеся в мётлы пальцы.
Сделав круг над почти идеально овальной бухтой, Василиса приземлилась на одном из её склонов и с гордым видом обвела жестом вокруг себя, призывая осмотреться. Смиты, спешившись, первым делом стали активно махать руками, прыгать и приседать, всячески стараясь согреться.
— Вы замёрзли? — искренне удивилась Василиса, присмотревшись к ним. — Я же вроде предупреждала, чтобы вы одевались теплее…
— Мы не ожидали, что будет настолько холодно, — стуча зубами, объяснила Тори. — Доктор Мачкевич говорила, что август — самый тёплый месяц в этих местах. Мы не поняли, что она шутит.
— Ну, на самом деле, это правда, — смущённо пожала плечами Василиса. — Наверное, стоило идти пешком, внизу не так дует…
— Слушай, ты хочешь сказать, что вы играете в квиддич над водой? — подала голос Хоуп, не переставая энергично размахивать руками; присмотревшись, она обнаружила, что скалистый амфитеатр бухты изрезан уступами сидений наподобие гигантской лестницы. С двух сторон овала прямо из воды торчали по три кольца ворот.
— Ну, да, а что? — кивнула Василиса.
— А если с метлы сдует? — сделала большие глаза Хоуп.
— Упадёшь в воду, — пожала плечами Василиса. — У нас тут всё просто, кто плохо держится на метле — тот хорошо плавает. Эй, вы чего — какая разница, куда падать: на песок или в воду?
— В воде холодно, мокро и можно утонуть, — шмыгнула носом Тори.
Василиса, снисходительно посмеиваясь, уверила, что на тренировке или игре всегда присутствует персона, ответственная за извлечение из воды и транспортировку упавших в лазарет, однако Смитов это не особенно успокоило.
До самого здания Дурмштранга они долетели довольно быстро. Василиса специально сделала несколько кругов над крепостью, показывая Смитам, где что находится, после чего они приземлились на плоскую крышу башни женского крыла и пристроили свои транспортные средства в одну из металлических конструкций в форме пирамиды с краю крыши. Стоило им отойти от «пирамиды», как мётлы поднялись в воздух и вереницей потянулись в сторону маяка.
— Доктор Мачкевич сказала, где вас поселят? — спросила Василиса, пригласив Смитов следовать за ней в башню.
— Нет… Ой, надо же ей сказать, что мы тут! — шлёпнула себя по лбу Тори; она достала из внутреннего кармана мантии двустороннее зеркало и послала вызов на зеркало Иванны. — Доктор Мачкевич! Здравствуйте! Угадайте, где мы?! — радостно завопила она, когда та отозвалась.
— Уже тут? — моментально угадала Иванна.
— Точно! — хором отозвались Тори и Хоуп.
— Василиса с вами? — спросила Иванна.
— Да, доктор Мачкевич, — подала голос та. — Я могу провести девочкам экскурсию и отвести их в их комнату, если скажете, где их поселите.
— Я даже не знаю, как девочки больше захотят: могу их к себе поселить, или где-нибудь в женском крыле… — задумалась Иванна. — Хоть к тебе в комнату, хоть в любую из свободных. Вы подумайте, как решите — располагайтесь. В любом случае, Василиса, погуляй их по школе и приводи ко мне. Я буду либо у себя, либо у директора, в общем — найдёте.
Завершив разговор, Василиса уговорила Смитов остановиться в её комнате. Приезд её соседок ожидался только в конце месяца, так что английские гости получили уникальную возможность ощутить себя студентками Дурмштранга. Смиты охотно согласились — им было любопытно познакомиться с повседневным бытом иностранного учебного заведения.
В женском крыле, помимо множества спален, располагались помещения, где студентки могли готовить уроки и проводить внеклассный досуг — отличительной чертой этих комнат было обилие зелени и хорошая освещённость. Самое большое впечатление, помимо, разумеется, масштабности здания замка, на Смитов произвёл зимний сад. Стоя на подвесной галерее под самым центром стеклянного купола, Хоуп поинтересовалась, какой вес выдерживает стекло и как зимой его чистят. Василиса ответила, что лично при ней на куполе водили хоровод двадцать человек, и это явно не предел, а снег на нём не задерживается — его сносят постоянно дующие ветра. Проводив взглядом пролетевшего мимо колибри, Тори поинтересовалась:
— А у вас тут есть какая-нибудь мода на фамильяров? У нас в Хогвартсе отчего-то очень сов любят, например. Я свою кошку с собой не беру, ей это стресс будет, но кошки у нас как-то и не особо популярны.
— Ой, у нас нельзя держать домашних животных, — ответила Василиса.
— Ничего себе, а почему? — удивилась Хоуп, которой на грядущий День рождения как раз пообещали нового филина.
— Ну, вы представьте, сколько тут учеников, и подумайте, где всю эту живность держать и как поддерживать её в чистоте, — скептически пожала плечами Василиса. — У нас на первом этаже учебного крыла есть зоосад, там можно с живностью разнообразной общаться, и не только в рамках занятий по Уходу за магическими существами. Есть ещё совятня — если кому надо письмо отправить, можно воспользоваться школьной совой.
