Недавний мальчик-мажор Игорь Плахин после трагедии, случившейся в его семье, вынужден работать мелким клерком в провинциальном банке. Мало того, еще и в сугубо женском коллективе. Для Игоря такое положение совершенно невыносимо и он ищет выход. Но реализовать появившийся было шанс не удалось. И тут на его голову сваливаются миллионы долларов. Удача? Отнюдь. Ведь теперь главная проблема Игоря – избавиться от этих миллионов. И при этом – выжить. Задача не из легких. За деньгами ведут охоту несколько жестоких, конкурирующих друг с другом преступных группировок. На помощь Игорю приходят те самые женщины, от которых он так мечтал сбежать.
Конец ХХ века, Россия.
Теперь Серега точно знал, как выглядит ангел. Не карающий, с огненным мечом, а – спасающий, приходящий в самый нужный час на выручку несчастным, бедным, ничего никому плохого не сделавшим людям. Таковых на момент появления ангела собралось пятеро.
Они сидели маленьким кружком в огромном сарае, где когда-то, совсем давно, стояли колхозные трактора и комбайны, а теперь не было ничего вовсе. Сквозь поредевшие доски стен упрямо лез сырой, холодный ветер. Железная же бочка, в которую они напихали, что под руку попалось, дымила, потрескивала ржавым своим нутром, но ни огня, ни, тем более тепла, производить не собиралась. Пятеро угрюмых мужиков в ватниках, с небритыми и чуть синеватыми лицами, на бочку даже и не смотрели. Они, молча и дружно, уставились на лежащий возле бочки кирпич. На кирпиче бледно серебрилась складчина – маленькая, и от того выглядевшая особенно жалкой, россыпь рублей, выскребленных из самых глухих закоулков карманов. Сколько ни смотри, больше чем на две бутылки пива не тянет. А это – очень мало после вчерашнего.
Вчера, конечно, было весело. В деревню приехали городские, скупать земельные паи. Водку метали ящиками. Да и кому они нужны, эти паи? И против лома не попрешь. Вон, агроном Глушков стал возбухать. Теперь бродит по двору головешки разгребает. Плохо только, что живых денег они так и не увидели. Приезжие оставили только бумажки с бледными печатями. Мол, потом.
Вот и сидели они теперь, как самые настоящие русские крестьяне. Без денег и без земли. А головы трещали не хуже чем сырые доски в ржавой бочке. Видать, паленкой городские потчевали. Безнадега.
Вот тут-то и появился в воротах сарая ангел. Моложавый, высокий, красивый, золотистые волосы почти до плеч. Глаза голубые, добрые, улыбка ласковая. Если и были у него крылья, то они надежно прятались под длинным брезентовым дождевиком. И то верно, чего их без толку под дождем мочить? Самое важное – сумка в руках. А в сумке, Серега это душой почувствовал, что-то конкретно тихо позвякивает.
– Здорово, мужики!– Обратился ангел к обществу,– Болеете?
Мужики в ответ ничего не сказали, но на сумку уставились внимательно.
– Чей зилок там, на улице?– Продолжил, вовсе не смутившись холодным приемом, незнакомец.
– Да вот, Серегин,– Чуть ли не хором отозвались четверо, почувствовав легкое дыхание надежды.
Серега молча кивнул.
– Выручай, Серега!– Обратился теперь лично к нему златокудрый,– У меня там, за шоссе, буханка села капитально. Дернуть бы надо. Водку везу соседям. Там у них сход сегодня по паям. Опаздываю.
И – уже всей компании,– Не думайте, мужики, в долгу нее останусь. Вот – аванс!
Он поставил сумку на землю и из нее уже совершенно отчетливо донесся короткий, сладостно-знакомый звяк.
Теперь мужики смотрели на Серегу. Что ж тому делать оставалось? Встал, побрел на выход. Уже в воротах обернулся к товарищам.
– Вы уж все-то не выжрите! Оставьте.
– Не боись, Серега! – Развеял тревогу ангелоподобный,– В накладе не останешься. У меня там, в машине этой водяры – под самую крышу!
На улице, едва они оказались возле серегиного самосвала, пришелец запустил руку под дождевик и вытащил бутылку. Сунул руку в карман, вынул стакан.
– На вот, поправься чуток.
А оставшиеся в сарае мужики, едва услышав, как Серега завел свой «Зил», голодными волками бросились к сумке. Пять бутылок! В сарае раздалось громкое бульканье.
Перед выездом с проселка на шоссе Серега притормозил. Приятное тепло, разлившееся внутри после первого стакана, стало проходить, сердце бешено колотилось, в глазах потемнело.
– Водка, у тебя браток, какая-то забористая,– Просипел он спутнику.
– Да брось! Водка, как водка. Это тебя после вчерашнего крутит. На-ко, добавь чуток.
Перед серегиным лицом очутился полный стакан, который он и прикончил единым махом. После чего захрипел, закатил глаза и навалился грудью на баранку.
– Эк, тебя, любезный, проняло,– С сожалением произнес незнакомец.
Он притянул Серегу к себе, перелез через него и оказался на шоферском сидении. Серега, скрючившись, затих рядом. Не обращая более на него внимания, пассажир, ставший водителем, врубил первую передачу, подвел самосвал к выезду на пустынное шоссе и стал ждать.
Через несколько минут из-за поворота на огромной скорости вылетела черная «Волга». Незнакомец нажал на газ. Проселок в этом месте шел немного в гору и лысые колеса «Зила» забуксовали в грязи. Сидевший за рулем побледнел, выругался так, как точно не положено ангелам, и вдавил педаль в пол.
