Чемпион Королевы [СИ] полностью

— Тогда, что ты хочешь сказать мне? — тихо осведомилась Артемида. Перси заметно напрягся, но, казалось, собрал все свое мужество и заговорил.

— Мне очень жаль. Я не должен был использовать ЕЕ в качестве оправдания, потому что ты права. Я думал, что любил ее, но это никогда не было правдой, я даже не знал, кто ОНА на самом деле, — Перси глубоко вздохнул и посмотрел прямо в серебристые глаза Артемиды. — Ты мне очень нравишься. Не буду делать вид, что знаю, потому что это мои первые отношения. Когда вчера вечером ты поцеловала меня — это был первый поцелуй в моей жизни. Я лишь знаю, что я забочусь о тебе, и если ты что-то чувствуешь ко мне, то я бы хотел знать, — он уставился на колени, когда закончил говорить. В животе все кувыркалось — вот, какая нервозность. Артемида помолчала минуту, чувство нервозности перешло в страх, но вдруг маленькая ладошка схватила его за руку, и переплела свои тонкие пальчики с его. Перси почувствовал, как тепло от рук начало переходить в тепло по всему телу, пока теплая улыбка не появилась на его лице. Он повернулся к Артемиде, чье лицо немного покраснело, но улыбка играла на губах.

— Могу я спросить тебя, Перси? — серьезно обратилась она. Перси кивнул.

— Я знаю, — нервно прикусила нижнюю губу она, — что это первый раз для тебя, как и для меня. Я презирала мужчин тысячи лет. Это первый раз, когда я обратила внимание на парня. Я должна знать, могу я верить тебе?

Перси был немного удивлен вопросом, он нежно сжал ее ладонь и наклонился, пока его рот не находился около ее уха.

— Клянусь рекой Стикс, — прошептал он. Очень тихий раскат грома послышался над ними. Перси почувствовал, как напряжение оставило ее, он знал, что она поверила ему. Перси нежно поцеловал ее в щечку, прежде чем откинулся назад. Артемида склонилась над Перси и осторожно перевернула его на спину. Она положила голову ему на плечо, и он оба любовались ночным небом. Луна светила еще ярче, и Перси мог поклясться, что созвездие охотницы сияет также ярко, как и Луна, что означает одобрение. Артемида нарушила тишину вопросом, что занимал мысли обоих.

— Перси, что будет, если наши отцы рассердятся, и война — не лучшее время, чтобы устраивать драму на Олимпе, — мягко поинтересовалась она. Перси на мгновение задумался.

— Никто не должен знать о нас, пока. Расскажем им позже после войны. Мы будем ждать, пока ты не решишь, что настало время. Но я уверен, что ни твой отец, ни мой не изменят мое мнение. Артемида улыбнулась и нежно поцеловала его в губы. Это был короткий, но идеальный, поцелуй. Богиня поднялась на ноги и потянула Перси к себе.

— Мы должны вернуться в лагерь Юпитера. Прошел уже час, я уверена, все задаются вопросом, где мы пропадаем так долго, — предупредила она. Она схватила его за руку и они исчезли во вспышке серебра.

Они вновь появились в столовой лагеря Юпитера. Большинство римлян уже ушли, но остались Рейна, Лупа, Хейзел и Фрэнк. Охотницы тоже все еще были там, и странно поглядывали на Перси и Артемиду. Неловкую тишину разрушила маленькая блондинка с серыми глазами, которая спрыгнула со своего места и обняла Перси.

— Перси! Где ты был? — взволнованно спросила Хлоя. Перси хмыкнул; она, конечно, отличается от любого ребенка Афины.

— Мне нужно было поговорить с Артемидой насчет планов олимпийцев. Разговор лучше было провести наедине, так как еще точно не решено, — убедительно соврал он. Остальные охотницы, казалось, приняли ответ. Даже Артемида удивилась скорости, с которой Перси быстро придумал историю. Внезапно Перси схватили за воротник рубашки и потащили к выходу.

— Ты чего, Талия? — удивилась Артемида.

— Мне нужно поговорить с Перси… наедине.

— Прости, Перси, я не думал, что она не знает о брате, — нервно сказал Нико. Глаза Перси расширились, он понял, во что влип. Талия оттащила его в укромное место. Перси ожидал криков, но вместо этого получил кулаком в челюсть. Он отшатнулся и поднял глаза, чтобы увидеть то, что разбило его сердце. Талия смотрела на него с болью предательства в глазах.

— Талия, пожалуйста, дай мне всё объяснить, — взмолился Перси. Она сердито посмотрела на него, но за гневом скрывалась боль.

— Я не мог сказать тебе, клянусь. Я просил маму и Гестию, но они передали, что Зевс запретил говорить об этом. Талия, ты моя лучшая подруга, я бы никогда не предал тебя. Они предупредили, что может начаться война между лагерями, если бы ты узнала, — объяснял Перси.

— Перси, — отвернулась она, — ты был одним из моих лучших друзей. Я думала, что могу доверять тебе, что ты никогда не предашь меня, — заплакала она.

— Я бы никогда не предал тебя, — расширились глаза Перси. — Ты для меня — все. Если бы не ты и Нико, я бы отдал жизнь из-за Аннабет. Я клянусь рекой Стикс, что делал все ради безопасности твоего брата. Моя мама сказала, что придет время и ты узнаешь про него. Так что я наблюдал за Джейсоном, чтобы убедиться, что с ним ничего не случится, потому что знал, сколько это значит для тебя.