Чемпион. Второй пояс полностью

— Нет. На самом деле у меня нет оправданий. В том подземелье я едва выжил, долго считал, что моя семья погибла в том огне, сжёг двадцать лет своей жизни, пытаясь справиться с последним ударом Тёмного, — вздохнув, чуть развёл руками. — Возможно, у меня помутился рассудок. Все камеры, все залы там были завалены трупами. Почему-то мне показалось, что собрать их всех в одном месте, вокруг мёртвого победителя и мёртвого убийцы, будет лучшим решением. Так, как в начале правления Рама Вилора хоронили бойцов после крупных сражений, создать гробницу.

— Бред, полный бред.

— Говорю же, тогда я был не очень в себе. Возможно, я и правда был словно в бреду.

— Это все твои оправдания?

— Это вся правда, что у меня есть. Ничего другого я не могу тебе сказать. Только эту правду, только то, как всё происходило на самом деле.

Самум сквозь зубы выдохнул:

— И что я, по-твоему, должен сделать, услышав всё это?

Я пожал плечами:

— Судя по Прозрению, тебе очень хочется всадить в меня меч. Но заслужил ли я этого?

— Нет?

— Нет. Я освободил твоего отца из оков, справиться с которыми у него не было никакой возможности. Я дал твоему отцу оружие и зелья, чтобы он мог отомстить. Я поддержал его в той неравной битве, я, в конце концов, убил того, кого он долгие недели, а может быть, и месяцы мечтал убить. Я бросил труп его врага к его ногам и устроил ему гробницу, достойную Сарефа Разящего Клинка.

Лезвия из призрачной стали, что холодили спину, стали нестерпимо острыми, едва ли не вошли в меня, едва ли не обрели плоть.

Я вздохнул вслух:

— В конце концов, я уже попросил прощения за то, что немного свихнулся после той битвы. Что ещё ты хочешь? Чтобы я встал перед тобой на колени, а ты снёс мне башку? Этого я заслужил, сражаясь с твоим отцом плечом к плечу?

Самум зажмурился, стиснул кулаки. Миновал вдох, второй, третий и призрачная сталь Прозрения исчезла. Самум открыл глаза и кивнул:

— Ты прав, ты этого не заслужил. Я помню, как яростно ты сражался под стенами Приюта, помню, как мне самому кружили голову смерти на том поле, помню, как слава за руку старейшины секты досталась мне, а не тебе. Ты прав. Ты не мог знать, как быстро сумеешь доставить весть о смерти отца в клан. Если судить трезво, без эмоций, то погребальный зал и впрямь вышел достойный, точно в духе старых легенд. Думаю, отец, если бы у него был выбор, предпочёл бы именно зал и мёртвого врага у своих ног, а не пустоту кисета. Единственный на весь Пояс погребальный зал, а не обычную могилу, как у всех.

Я снова коснулся кулаком ладони, только на этот раз не стал сгибать спину:

— Спасибо, что услышал мои доводы. Прости и за то, что в тот день предпочёл сбежать, усыпив тебя. Но оправдываться, окружённым Саул, — не лучший выбор.

— Теперь их нет.

— Какая мне разница? — немного соврал я, а затем, нахмурившись, всё же уточнил. — Нет совершенно? Включая детей?

— Насколько я знаю, кто-то сбежал, кто-то вошёл в новую фракцию, я говорю лишь о сильнейших из Саул, об основе их силы. Кто следит за остальными?

Я кивнул. Такое я уже слышал. От Шандри, кажется. Тогда мы говорили об исчезновении Ордена Небесного Меча в четвёртом Поясе. Если погибли те, кто был основой фракции, то оставшиеся не способны удержать её на своих плечах. Так и здесь. Но тогда мне спокойней за Аледо, значит, нет никаких убийц, которые выслеживают кровь Саул по всему Поясу.

Предложил:

— Если мы уладили наше прошлое, то давай закончим наше настоящее. Вытягивай меч, а я сдамся.

Самум как-то грустно хмыкнул: