— А то что? — миг и мой голос гремит над круглой площадью, доносясь до каждого зеваки. — Что может быть проще, чем использовать артефакт Истины и узнать правду? Так почему же стража сама не прибегла к этому способу, почему же она не позволяет нам установить истину?
Стражник пытается перекричать меня:
— Довольно, я сказал!
Но я легко заглушаю его вопль:
— Не потому ли, что купца и стражу связывают деньги? Не потому ли, что одни покрывают грязные дела другого? Как вы считаете, люди? Вы же слышали, где мои собратья получили проводника?
Толпа загомонила, её крики сливались в один, позволяя услышать лишь отдельные фразы.
Мордатый хрипел уже на коленях, стражник, побелевший от злости, стиснув зубы, пытался взглядом проделать во мне дыру. Не получалось. Если и было в его взгляде что-то большее, то Прозрение и боевая медитация тоже молчала.
Скажем так, став Предводителем Воинов, я стал более толстокожим, и многое стало для меня неощутимым. Например, мелкие угрозы от слабых идущих.
Стражник, наконец, справился, процедил сквозь зубы:
— Ладно, — обернувшись, рявкнул. — А ну, тихо! Стража готова использовать артефакты Истины!
Поднял над головой руку, показывая уже свой артефакт. Не доверяет моему или намеревается обмануть?
Я лишь кивнул и с улыбкой указал на хрипящего купца. Моя Истина будет действовать в любом случае.
Стражник потребовал:
— Освободите его от давления, уважаемый, и впредь не допускайте подобного в нашем городе. Это был последний раз, когда я закрыл глаза на вашу… наглость.
Я улыбнулся:
— Я постараюсь, но ничего обещать не могу.
— В моей власти наказать гостей города за пренебрежение правилами нашего города.
— Для начала давайте получим пару ответов от вашего купца, а уже затем решим, кто здесь пренебрегает правилами вашего города.
— Так освободите его.
Мордатый, не вставая с колен, рванул к стражнику, едва я втянул духовную силу. Вцепился ему в штанину, жарко выдохнул:
— Полуденный глава, полуденный глава, давайте обойдёмся без этого. Я согласен, что погорячился, сейчас разошлю своих подмастерий, мы живо отыщем моё добро и того придурка, который решил свистнуть мой товар. Полуденный глава, давайте как обыч…
— Заткнись! — на этот раз на мордатого рухнула духовная сила самого стражника. Затем он всучил ему в руку артефакт и сделал шаг назад. — Отвечай, где твой товар, который доставили орденцы? Живо!
Я мгновенно повесил над мордатым Указ с единственным символом «Истина» и с любопытством приготовился слушать.
Тот мгновение пытался молчать, а затем простонал:
— Н-не знаю.
Стражник потребовал:
— Громче, чтобы все слышали.
— Не знаю!
— Покажи артефакт, — потребовал стражник, а едва тот показал его, не причиняющий ему вреда, задал следующий вопрос. — Ты знал, что товар доставят в другую лавку?
— Нет, — не дожидаясь приказа, мордатый завопил на всю торговую площадь. — Не знал!
Я нахмурился. Если всё так, то почему он так боялся допроса на артефакте? И почему символ в Указе на мгновение налился яркостью, словно наказывая за мелкую, неощутимую ложь? Артефакт ложный? Раньше, чем стражник успел открыть рот, следующий вопрос задал уже я:
— Кто нанимал орденцев для доставки?
Мордатый пожал плечами и с ухмылкой ответил:
— Кто-то из моих людей в ваших землях.
Я поджал губы. Не тот вопрос. Спустя миг мне на помощь пришёл попечитель Оглиус:
— А ты догадывался, что с сегодняшней доставкой товара будут проблемы?
И это был тот вопрос, что нужно. Символ Истины не просто на миг налился сиянием, словно моргнув, а сиял уже вдох, давя на купца. У него был опыт обмана контрактов и Указов, он сумел со всё той же ухмылкой выдавить:
— Нет.
Сумел сделать это, скрывая боль, проступившую испариной на лбу, показывая всем на площади артефакт, сжатый в ладони, но спустя миг Указ над ним стал двухцветным, и он завопил от боли, вцепившись в виски:
— А-а-а! ДА! Догадывался, догадывался!
Указ притух, выполнив своё предназначение. Купец, всё так же сжимая голову руками, со страхом глядел то на нас троих, то на стражника и всё пытался что-то сказать, но тут же сбивался и замолкал.
Мрачный стражник поднял упавший артефакт, согнулся перед нами в поклоне:
— Уважаемые гости города, прошу прощения за то, что ваш приезд к нам омрачён таким событием. От лица всей стражи города приношу свои извинения. Купец Равер не имеет к вам никаких претензий. Вы же можете потребовать с него плату за оскорбления вашего Ордена.
Аледо, которая всё это время молчала, вдруг спросила:
— А чего это вы его дальше не расспрашиваете? И чего это он на вас так глядит?
Стражник покосился на неё, а затем вновь согнулся в поклоне, уже меньшем, перед нами:
