- На четвертый день спросила: "Что мне делать, коль я продана?", а он мне: "Пойдешь вечером в зал, клиентов обслуживать". Вот я и сорвалась, вся злость, что копилась во мне, наружу вышла. Трое крепких мужиков меня скрутить не могли почти полчаса. Вот тогда следы моих ногтей и остались у Вани на щеке. Ну избили меня, а что толку? Когда отошла от побоев, сказала, что все равно к себе никого не допущу, первого же клиента убью, и пусть что хотят, то и делают со мной. Хозяин мне поверил. Вот и пристроил сюда, девочек в порядок приводить.
Закончив с левой рукой, Даша взяла что-то, похожее на тупой нож, и стала соскребать им белую кашицу, которую намазала между ног, собирая ее на бумажку вместе с остатками волос. Потом смыла всё губкой, смоченной в мыльной воде, протерла насухо полотенцем и намазала еще чем-то. А сама перешла к правой руке.
- Вот так и живу здесь почти пять лет, - говорила дальше Дарья, - мне теперь доверяют. Когда Хозяин уезжает куда-нибудь, то меня за старшую оставляет. Знает, парни меня слушаются и девчонки уважают, сколько раз я за них заступалась, но и порядок нарушать не давала.
- А вы не пробовали сбежать отсюда? - спросила Лена.
- А куда? Это у тебя есть дом, родители, что ждут и примут, а мне дорога в табор заказана. А больше некуда: дома нет, документов нет. Да и специальности толком нет. Так что буду жить здесь, пока эту лавочку не накроют.
Еще долго Дарья возилась с Зулей. К концу процедуры девушка знала почти все про обитателей этого странного заведения. Обработаны были ноги, поясница. На теле и впрямь не осталось ни единого волоска. Потом Даша намазала все тело каким-то пахучим маслом и, дождавшись, когда оно подсохнет, сказала надевать халат и топать за ней в свою комнату. Лена, идя рядом с Дарьей, почувствовала, что настроение у нее изменилось, и появилась надежда, что сможет пережить все, что ее ожидает.
В областном комитете по спорту все были заняты подготовкой к проведению соревнований по зимним видам спорта, которые планировались на время каникул. И только напор Оксаны и погоны Юрия заставили недовольных чиновников поднять материалы полугодовой давности и предоставить незваным гостям. Дальше они уже разбирались сами, сидя вдвоем за одним маленьким компьютерным столиком.
Найти Павла Мамонтова оказалось несложно: во-первых, был только один Павел, что принимал участие в соревнованиях, во-вторых, действительно победивший на перекладине. Для страховки Оксана пересняла телефоном снимок, где он стоит на пьедестале, и отправила Лужиной. Та тут же отреагировала, как будто ждала, держа мобильник в руках, и прислала сообщение: "Это он".
Узнать адрес или номер телефона этого Павла не удалось, известен только город, где он живет, и номер школы. Было бы не очень легко найти его по этим данным, если бы это не был городок, в котором она родилась, и школа, где проучилась до поспешного бегства оттуда по личным мотивам. Поблагодарив за помощь, сыщики покинули здание комитета. Надо срочно ехать. Хорошо, что Оксана заранее позаботились обо всем: еще с вечера собрала сумку с необходимыми вещами, а утром, заскочив в агентство, забрала у Димы машину и заправила полный бак. Юра не мог сопровождать ее, да она на это и не рассчитывала. Девушка радовалась, что едет в знакомые ей места, а заодно сможет побывать у родителей. А вот оказаться в своей старой школе, с которой связано столько неприятных воспоминаний о последних днях пребывания в ней, Ксюше совсем не хотелось. Но деваться некуда, и кроме того, она надеялась, что за эти годы там почти не осталось знакомых учителей.
Сев за руль и заведя двигатель, Оксана не торопилась отъезжать. Надо сделать несколько звонков: Стасу, Агате Степановне, чтобы предупредить, что уезжает, а самое главное - маме Лены. Не хотелось зря обнадеживать родителей девочки, но и не сказать, что едет за ней, тоже не могла. Если Лена там, то уже сегодня поговорит с близкими и объяснится.
Алевтина Тимофеевна ответила сразу, ее голос был полон страха и надежды. Оксана коротко рассказала, что ей удалось выяснить насчет знакомства их дочери с Павлом Мамонтовым, и обещала сообщить о результатах, независимо от того, будут ли новости или нет.
Наконец Ксюша включила передачу и тронулась со стоянки. Путь предстоял долгий и нелегкий. Она предпочла бы проделать его на своем байке, но по зимним дорогам гонять на мотоцикле - это почти самоубийство, да и при такой температуре как ни одевайся, превратишься в сосульку. А самочувствие в последние дни и так не очень хорошее. Каждое утро слабость какая-то и тошнота, а сегодня вообще вырвало. Ксюша дала себе слово после Нового года пойти к врачу. И очень надеялась, что к этому времени Лена уже будет дома.
