Рассказы о том, чего не бывает, но об этом почему-то многие не знают, и о том, что бывает, хотя об этом тоже знают не все, или о «живых барометрах» и «друзьях черта», о цветочных часах и священных животных, короче говоря: о правильных и неправильных народных приметах.Рисунки В. Стацинского и Ю. Селиверстова.
Эта книга о приметах. О приметах верных и неверных. Неверные приметы называются суевериями — напрасной верой: по-древнеславянски слово «всуе» значит «напрасно».
Многие суеверия родились в глубокой древности, когда люди еще не выдумали богов.
Менялись религии: «умирали», исчезали одни боги и на смену им люди придумывали других. А суеверия оставались.
Немало людей, потерявших веру в бога или вообще никогда в него не веривших, все-таки пугаются черных кошек и откладывают даже важные дела, только чтоб не начать их в понедельник. В век атомной энергии и космических полетов суеверия продолжают жить.
Группа ученых, руководимая американским профессором Э. Кодуэлом, опросила 150 тысяч человек — жителей 18 стран. Было установлено, что, во-первых, в этих странах существует не менее четырех тысяч примет-суеверий и, во-вторых, из каждых десяти опрошенных только трое категорически заявили, что абсолютно не верят в приметы. Четверо из каждого десятка признались, что, хоть и понимают всю бессмысленность предрассудков, все-таки склонны верить в них.
В этой книге рассказывается о верных и неверных приметах. Само слово «приметы» родилось от слова «примечать». Заметили что-то люди, запомнили. А вслед произошло какое-то событие. Ага! Значит, предыдущее связано с последующим.
Но ведь очень часто бывают просто совпадения: за одним явлением следует другое, совершенно никакого отношения к предыдущему не имеющее. Однако люди не всегда понимали и понимают это. Вот так и появляются неверные приметы.
Но среди огромного количества предрассудков есть и верные приметы. Они проверялись не годами, а веками. Сейчас они научно обоснованы.
Но в книге рассказывается не о всех приметах и не о приметах вообще, а лишь о некоторых, связанных с животными и растениями. Это, пожалуй, самые древние, самые живучие и самые распространенные приметы.
Первобытному человеку жилось очень трудно.
Сейчас антропологи установили, что из сотни неандертальцев — людей, населявших землю примерно 100 000 лет назад, — до сорокалетнего возраста доживал лишь один. Большинство гибло или умирало, не прожив и 20 лет.
Кроманьонцам, населявшим нашу планету 20–30 тысяч лет назад, жилось немного лучше: до сорока лет доживали уже 12. Но большинство гибло или умирало очень молодыми.
Плохо было первобытному человеку. Его мучили холод, болезни, на каждом шагу подкарауливали дикие звери — могучие и многочисленные. А он — слабый, незащищенный, крошечная песчинка в бушующем океане природы. Ему все непонятно: солнце и звезды, луна и радуга, разливы рек и дожди, гром и молния. Но еще непонятнее живые существа, их голоса, их хитрость, их жизнь. Животных, как все непонятное, первобытный человек окружал легендами, наделял их необыкновенными качествами, считал всемогущими. Даже создание мира нередко приписывал животным.
…Бескрайняя водная гладь, абсолютный мрак и абсолютная тишина — таким представляли себе древние жители Египта мир в первоначальном его виде. Но вот над этой водной гладью поднялся холм с сидящей на его вершине лягушкой и лежащим рядом яйцом. С этого все и началось.[1] Из яйца вывелся гусь — Великий гоготун. И сразу исчезла тишина — гусь закричал. Сразу стало светло — гусь, подобно солнцу, осветил все вокруг. Потом гусь начал создавать обитателей земли — людей и животных.
Предание о сотворении мира птицей существует и у других народов.
Некоторые народы считают, что землю сделали не птицы, а звери. Например, у эвенков есть легенда о том, что мир создали мамонт и фантастический змей — дябдяр.
Дело было так: среди безбрежного водного пространства находился крошечный островок. Чтоб увеличить его, мамонт стал хоботом и бивнями доставать со дна землю и бросать ее на островок, а змей ползал по островку и, разравнивая землю, увеличивал его площадь.
Животные сотворили землю, они же усовершенствовали окружающий их мир. Вот как, например, происходило создание дня и ночи по представлению индейцев племени крик.
Собрание зверей, на котором решался вопрос о дне и ночи, проходившее под председательством медведя Нокози, было очень бурным. Одни животные требовали, чтоб все время была ночь, — это их вполне устраивало, другие, наоборот, хотели, чтоб все время был день. Неизвестно, чем кончился бы этот спор, не подай свой голос бурундук Чу-тлок-чу. Он указал на енота Вытко, точнее, на его хвост. И все звери увидели, что на красивом пушистом хвосте енота чередуются белые и черные полосы. Бурундук сказал, что как кольца на хвосте Вытко сменяются одно другим, так и день должен сменяться ночью, а ночь — днем.
Звери подивились мудрости Чу-тлок-чу и постановили, чтоб день следовал за ночью, а ночь — за днем через одинаковые промежутки времени.
