Он попросил ее отца о помощи, и тот помог. Помог не так, как хотелось Джордану, но Марти по крайней мере выпустили из тюрьмы. Джордан поморщился. Он продолжал работать на Райкена и делать вид, что ничего не случилось. Он полагал, что не потерял работу, поскольку никто не приказал ему уволиться. «Я ведь лучший студент на юридическом факультете, – подумал он достаточно самодовольно, – и то, что у нас получилось небольшое недоразумение, вовсе не означает, что следует прервать обоюдовыгодное соглашение». Джордан поморщился. Он хотел спасти звено и потерял всю цепь. И ничего никогда не изменится. Система продолжает работать, не допуская скандала, чтобы ничего не выплыло наружу. Все части механизма хорошо притерты. Система живуча. Сделав еще глоток бурбона с целью дать хотя бы временный наркоз чувству долга, он еще больше засомневался, что систему когда-нибудь действительно удастся изменить. Она напоминала живой и дышащий организм, нуждающийся в подбадривании, успокоении и частой смене повязок с целебной мазью для заживления ран. И раны всегда затягивались, и система продолжала действовать без особых потерь. Он достал бутылку бурбона из коричневого бумажного пакета и высоко поднял ее.
– За Джуда Райкена, любителя порядка! От спиртного в голове приятно загудело, и Джордан налил себе еще. Он до того старался не промахнуться мимо стакана, что даже не услышал, как открылась входная дверь. Шаги, которые становились все ближе, были такими легкими, а ощущения его настолько притупились от сознания своей вины и действия алкоголя, что он не сразу заметил молодую женщину, которая остановилась прямо передним.
– Привет! – Голос у нее был звонкий и немного насмешливый. – Ау, где ты?
Он поднял глаза. И остолбенел. Длинные, длинные волосы, темные, мягкие и пушистые. Ясные зеленые глаза, в которых светится ум. На девушке ладно сидел ярко-синий костюм с золотыми пуговицами, подчеркивающий изящество ее фигуры. Джордан попробовал выпрямиться в кресле, потому что не хотел, чтобы она заметила, чем он занят.
– Я Натали Парнелл, – представилась она. Ее поведение было начисто лишено южной манерности, с которой ему приходилось сталкиваться всю жизнь. – А ты, похоже, пьян?
Он смущенно улыбнулся. Он не был пьян, так, слегка под хмельком.
– Я трезвый, – сообщил он, стараясь не терять достоинства, и неожиданно его слова прозвучали так высокопарно, что он расхохотался. – Видишь ли, я праздную, а рабочий день закончен.
Улыбка девушки была быстрой, как ртуть.
– Я никому не скажу, – пообещала она, присаживаясь прямо на край его стола. Двигалась она легко и свободно, и он успел заметить, какие у нее стройные ножки, пока она скрещивала их, устраиваясь поудобнее. – А что ты празднуешь?
Сердце Джордана отчего-то странно забилось. Он почувствовал себя четырнадцатилетним мальчишкой, которого только что представили рано повзрослевшей красавице.
– Н-ну... праздную встречу с тобой. «Нормально, – подумал он. – Очень лихой ответ и в то же время игривый).
На этот раз Натали не улыбнулась. Она задумчиво разглядывала его.
– А ты, похоже, дерьмо, – сказала она с плохо скрываемым удовольствием. – Будь любезен, налей и мне.
Он огляделся вокруг в поисках стакана, похвалив себя за умение обходиться с женщинами. Не найдя подходящей посудины, кроме слегка помятого картонного стаканчика, он наполнил его бурбоном и с поклоном протянул его девушке.
– Рад услужить вам, миссис Парнелл.
Она чуть отхлебнула и поморщилась.
– Мисс.
Он откинулся в кресле и постарался больше не глазеть на нее. Ничего не получилось. Чувство юмора и природное женское обаяние Натали были столь притягательными, что ему казалось, он пьянеет от одного ее присутствия.
– Может быть, я могу быть вам полезен?
– А? Ну да, конечно. Ты сбил меня с толку.
Она подняла бумажный стаканчик и ослепила его тысячеваттной улыбкой, которая, пожалуй, растопила бы айсберг. Джордану померещилось, что он уже умер и сразу попал в рай.
– Я пришла, чтобы поговорить с мистером Райкеном. Он мне назначил на сегодня, но я слишком поздно приехала в город. Придется прийти завтра...
– Все уже ушли. Я тут заканчивал дела, объяснил Джордан. – Но, если хочешь, я дам тебе домашний телефон мистера Райкена. Раз он тебя ждал, думаю, не рассердится.
– Правда? Очень мило с твоей стороны. Она отхлебнула еще немножко и поставила стаканчик на стол. – Вообще-то я не любительница спиртного, – созналась она, слегка пожимая плечами. Блестящие волосы упали ей на щеку, и она откинула их назад.
– Можешь звонить отсюда, – предложил Джордан, не отрывая от нее глаз.
– Спасибо.
Он снял трубку и стал нажимать на кнопки.
– Ты что, зазубрил номер наизусть?
«Было дело», – подумал он. Последние воспоминания о Шейле таяли в его сознании. Шейла Райкен становилась его прошлым. Натали Парнелл – будущим. Он хотел было сделать ей предложение сразу, прямо здесь, но все же подумал, что пока рановато.