Он сидел и спокойно ждал, обдумывая, что ей сказать, попивая шампанское. Когда бутылка опустела, он подошел к холодильнику, достал еще одну и, взяв второй стакан, пошел к Натали.
Он так и не решил окончательно, что скажет ей. Конечно, можно попробовать открыть ей правду, но он все же боялся. Он подошел к двери и, приоткрыл ее, увидел, что она сидит к нему спиной, читая дело. Она показалась ему сейчас до того красивой, что у него даже защемило сердце. Он вдруг вспомнил, сколько времени они провели вместе в университетской библиотеке. У нее всегда была привычка, вырвав листок из тетради, складывать бумажные самолетики и долго вертеть их в руках. Иногда это получалось у нее совершенно бессознательно, и она лишь удивлялась, заметив, что держит что-то в руке. Если самолет получался такой, что мог летать, она подбрасывала его в воздух, и он, никем не замеченный, пролетал по библиотеке, потому что студенты сидели, уткнувшись носами в книги.
Сейчас Натали опять занималась тем же.
Джордан наблюдал, как она снова и снова складывает бумажку, пока наконец сама не заметила самолетика в своей правой руке. Она удивилась, будто не поняла, как он попал к ней, а потом рассмеялась, приготовившись его запустить. Она подбросила его в воздух, а Джордан, подхватив на лету, в считанные доли секунды отправил обратно, и самолетик, задев ее нос, приземлился на открытую книгу.
Натали расплылась в довольной улыбке и засмеялась, видимо решив, что у нее в этот раз получился самолет-бумеранг. Она бросала его снова и снова, и он опять летел к Джордану, который, притаившись возле двери, не выдавал себя.
Джордан снова забросил самолетик ей на колени.
Натали засмеялась беспечным смехом, который он всегда так любил, но лицо ее почему-то вдруг погрустнело.
Джордану ужасно хотелось продолжить игру, но сейчас он позволил самолетику упасть.
– Хм, два раза их трех – не так плохо.
Подавив смешок, Джордан приблизился к ней, поднял бумажную игрушку и положил к ней на стол.
– Не очень, мне нравится смотреть на вас.
Он подошел ближе, поставил на стол два стакана, вытащил пробку из бутылки и налил шампанского.
Натали подумала, что он уже немного выпил. Ее не покидало ощущение, что она не должна быть тут с ним сейчас – на душе стало тревожно. Наконец она захлопнула книгу и принялась убирать стол.
Джордан удивленно на нее взглянул.
– Что это значит? – спросил он.
– Вы, кажется, принимаете сегодня поздравления?
– Какие?
– Вы же теперь совладелец фирмы? Джордан усмехнулся.
– Да, вроде, а что?
Натали выключила настольную лампу.
А разве вы не этого добивались?
– И да, и нет.
– То есть?
Джордан оглядел комнату, подошел к окну и посмотрел на темнеющий вдали город.
– А разве не понятно? – спросил он, повернувшись к ней.
– Объясните. – Натали понимающе улыбнулась.
Джордану теперь стало легче говорить с ней откровенно.
– Я никогда не узнаю, почему стал совладельцем – потому что я этого заслуживаю или потому что я зять Джуда Райкена.
– Это не имеет никакого значения.
– Не имеет значения?
Натали подошла к нему. Он все еще стоял у окна к ней спиной.
– Возможно это не мое дело, – сказала она, – но, по-моему, у вас есть два выхода. Первый – беспокоиться о том, что вы сказали, но это все равно бесполезно.
Джордан прислушался.
– А второй?
Натали говорила быстро и убежденно.
– Второй – использовать новое положение, чтобы что-нибудь изменить.
– Что изменить? Вы имеете в виду здесь, в фирме, или вообще?
Он жестом показал на ночное небо так, как будто кроме него за окном ничего не было.
– Вы прежняя идеалистка, как я понимаю?
– Простите, вы о чем?
Джордан рассмеялся и отпил шампанского.
– За идеализм и убежденность! Вы всегда относились к тому, что делали, очень серьезно.
Натали посмотрела на него как не умалишенного.
– Вы о чем, мистер Бреннер?
Больше он не мог выдержать.
– Я прошу, Натали, зовите меня Джорданом, а не мистером Бреннером. Мы же одногодки. У нас одинаковое образование, мы люди одного круга... Ну прошу вас, зачем формальности?
Натали была смущена. Она хотела одновременно выскочить за дверь и упасть в объятия этого мужчины.
– Очень поздно.... Джордан. – Она отступила. Но он остановил ее, успев встать в дверном проеме.
– Выслушай меня. – Он обратился к Натали, смотревшей на него широко открытыми, полными недоумения глазами. – Когда к тебе последний раз притрагивался мужчина?
– Не понимаю?
Джордан дотянулся до нее и взял за плечи.
– Семь лет не знать мужчин – не слишком долго? Ты была влюблена до того, как все это случилось?
Натали задрожала. Она попробовала оттолкнуть его, но он держал ее крепко.
– Вы, может быть, переработались, мистер... мистер Джордан?
– Нет, со мной такого не бывает. Я знаю предел своих возможностей.
Натали засмеялась.
– А как тогда называется то, чем вы сейчас занимаетесь?
– Пока я не превышаю своих полномочий.
– Какого рода? – Глаза Натали были сейчас ярко-синими и огромными, и в них светилась неземная красота. Он не мог дольше выдержать испытания.
– А вот такого. – Он сделал попытку поцеловать ее, но она отвернулась, и его губы коснулись только ее щеки.
– Вы женаты.
