Скорее всего, это не помешало бы ему сделать Вайолет предложение. Он знал о том, как она его любит, высоко ценил ее, ну и не стоит забывать, что ее отец должен был вскоре стать премьер-министром. Но… 15 марта 1908 года он познакомился с мисс Клементиной Хозьер.
Клементина родилась 1 апреля 1885 году в семье полковника сэра Генри Монтегю Хозьера и леди Бланч, старшей дочери десятого графа Д'Эйрли. Правда, не факт, что Генри Хозьер был ее биологическим отцом, о чем знали все, включая ее саму. Ходили слухи, что на момент расторжения брака в 1891 году у ее матери было девять любовников.
На момент встречи с Черчиллем Клементине было двадцать два года, и за ее плечами были уже две расторгнутые по ее собственной инициативе помолвки. На приеме она оказалась случайно – за столом получалось тринадцать человек, и в последний момент леди Сент-Хелиер пригласила ее, чтобы избежать несчастливой цифры. Черчилль тоже пришел почти случайно – у него были другие планы.
Видимо, это была судьба. Уинстона посадили рядом с Клементиной, и он влюбился с первого взгляда. К изумлению окружающих, он не говорил как обычно о политике, а изо всех сил пытался очаровать свою прелестную соседку. А уже 11 апреля он убедил свою мать пригласить девушку вместе с ее матерью в гости, где продолжил ухаживания и даже открыто заявил Клементине: «Мне очень понравилась наша беседа в это воскресенье. Что за утешение и наслаждение встретить столь умную и благородную молодую девушку. Я надеюсь, мы еще встретимся и узнаем друг друга получше. По крайней мере, я не вижу особых причин, почему бы нам не продолжить наше совместное общение».
И они его продолжили, несмотря на то, что Черчилль был безумно занят – как раз в это самое время премьер-министр, измученный тяжелой болезнью, подал в отставку, и его место занял Асквит. А Черчилль получил портфель министра торговли.
Потом он проиграл выборы и был вынужден пробираться в парламент окольными путями – через дополнительные выборы. Казалось бы, все его мысли должны были быть заняты делами, тем более что Клементина в это время была далеко – путешествовала по Италии. Но он писал ей письмо за письмом, не давая ни на день забыть о себе: «Как бы я хотел, чтобы ты была здесь. Думаю, тебе бы понравилось. У нас была веселая вечеринка и волнующая неделя. Жизнь, несмотря на всю ее неполноценность, бывает подчас очень забавной. Напиши мне снова. Я одинокое создание в самом центре толпы. Будь ко мне добра». Впрочем, не надо забывать, что Черчилль был мастер пера и вовсю этим пользовался – он закидывал большим количеством писем и записок всех, кого хотел очаровать или в чем-то убедить.
Время шло, и Черчилль начал уже было беспокоиться, что Клементина к нему равнодушна, но когда в начале августа 1908 года он едва не погиб при пожаре, то немедленно получил от нее телеграмму. Девушка беспокоилась, не пострадал ли он. Приободрившийся Уинстон ответил: «Пожар был великолепным развлечением, мы здорово повеселились. Жаль лишь, что подобное веселье обходится слишком дорого». А потом добавил, что для него было приятным сюрпризом получить ее телеграмму и узнать, что она его не забыла.
Видимо, тогда он и решился окончательно. 10 августа Клементина была приглашена в Бленхеймский дворец в качестве гостьи его кузена, герцога Мальборо. Правда, она пыталась отказаться: Спенсеры-Черчилли любили блистать, даже будучи полностью в долгах, а теперь, когда герцогиней стала наследница Вандербильтов, их дворец и вовсе считался одним из самых роскошных в Англии. Ну а Клементина привыкла к скромности и экономии: после развода отец оставил их с матерью почти без средств. У бедняжки не было даже подходящего платья для бала в Бленхейме. Но Черчилль уговаривал, обещал, что там будут только его родственники, писал: «Если бы ты только знала, как я хочу увидеть тебя в этот понедельник. Мне так хочется показать тебе это удивительное место. В его прекрасных садах мы сможем уединиться и обсудить все на свете. Всегда твой У.».
