Также он выступал против создания единого таможенного союза между Германией и Австрией.
«В рамках этого таможенного союза прячется „аншлюс“ или союз между основной массой германского населения и тем, что осталось от большой Австрии, – бил в набат знаменитый британец. – В результате рождается огромный германский блок с населением в 70 миллионов, угрожающий прежде всего двум нациям – Франции (с ее нерастущим населением) и Чехословакии. Живущие в Чехословакии три с половиной миллиона немцев могли бы быть дисциплинированными и лояльными гражданами, но „аншлюс“ означает, что Чехословакия будет иметь в пределах своих границ не только „непереваримое“ меньшинство, но будет окружена немцами с трех сторон. После „аншлюса“ она станет Богемским островом в океане тевтонского населения, тевтонской эффективности» [669] .
В это же самое время по указанию МИД сотрудник германского посольства в Лондоне принц Отто фон Бисмарк берет интервью у взбунтовавшегося политика. О результатах беседы правнук «железного канцлера» незамедлительно рапортует в Берлин:
«Черчилль тщательно следит за развитием политической обстановки в Германии, он знает эту обстановку в деталях и видит основную угрозу в растущем нацистском движении. С его точки зрения, Гитлер представляет собой угрозу внутренней стабильности Германии, угрозу европейскому миру. Гитлер и его сторонники при первой же возможности прибегнут к вооруженной силе для захвата власти».
На отчет Бисмарка была наложена показательная резолюция:
«Хотя многое во взглядах Черчилля объясняется его темпераментом, необходимо проявлять к нему особое внимание, поскольку он будет играть значительную роль в любом консервативном правительстве, если такое придет к власти» [670] .
Педантичные немецкие аналитики с Вильгельм-штрассе ошиблись в одном: руководство Консервативной партии не планировало вводить Черчилля в правительство. По крайней мере, в 1930-х годах. С каждым выступлением Черчилль лишь отдалял себя от партийной верхушки. Однако его это нисколько не смущало. И уж тем более не ослабляло его решимости. Как ни в чем не бывало, он продолжал последовательно и методично настаивать на своей точке зрения.
Выступая весной 1933 года перед Королевским обществом Святого Георга, покровителя Англии, он заявил:
«Историки подметили одну характерную особенность английского народа, приносившую ему немало горя на протяжении многих веков. Дело в том, что после каждой победы мы растрачивали бо́льшую часть преимуществ, по́том и кровью добытых в боях. Не чужеземцы приносят нам самые страшные беды. В них повинны мы сами. Если мы потеряем веру в самих себя, мы погибнем. Никто и ничто не спасет Англию, кроме нас самих» [671] .
1933 год стал ключевым в европейской политике. Тридцатого января президент Германии генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург назначил лидера НСДАП Адольфа Гитлера рейхсканцлером. Черчилль воспринял это как личный вызов. Ниже приведены фрагменты из нескольких его выступлений в этот период:
