Черчилль сделал знаменательный вывод: «Начинающаяся борьба между евреями-сионистами и евреями-большевиками есть борьба за душу еврейского народа». «Поэтому особенно важно, – подчеркивал он, – чтобы в каждой стране евреи, преданные принявшей их земле, всегда занимали активную позицию, как это делали евреи Англии, и принимали значительное участие в борьбе с большевистским заговором». Таким путем они смогли бы «восстановить честь еврейского имени» и показать всему миру, что «большевизм не есть еврейское движение, что в действительности он страстно отвергается подавляющей частью самих евреев».
«Пассивное сопротивление» большевизму недостаточным, указывал Черчилль. «Нужны практические альтернативы ему как в моральной, так и в социальной сфере. Быстрое создание национального еврейского центра в Палестине могло бы стать не только убежищем для людей, угнетаемых и подавляемых ныне в несчастных странах Центральной Европы, но и послужить символом еврейского единства и храмом еврейской славы, – писал он. – Это важное начинание благословили бы многие».
Хотя статья Черчилля содержала искреннее одобрение сионизма, содержащийся в ней раздел о большевиках-евреях вызвал раздраженный отклик «Джуиш кроникл», набросившейся на Черчилля с жесткой критикой. «Министр обороны, – писала газета, – обвиняет евреев в создании евангелия от Антихриста и в организации всемирного заговора с целью разрушения цивилизации». Он также обвиняет «бывшего еврея» Троцкого, порвавшего все связи с иудаизмом и даже отказавшегося выслушать мольбы евреев о защите от резни и от погромов, в вынашивании планов создания некоего «всемирного государства под господством евреев». Это, провозглашал автор передовицы, являлось примером «самой безответственной и скандальной кампании нападок и клеветы, в которую могли бы включиться только политики с самой дурной репутацией». Ее не делает лучше или более достойной «неуместная попытка польстить евреям, называя их «самым замечательным народом, когда-либо появлявшимся на свете», – скорее, как раз наоборот. «Было бы гораздо лучше, вместо того чтобы расточать эти фантастические по своей пошлости и неуместности комплименты, проявить элементарную справедливость в анализе дел, относящихся к судьбам и чести миллионов мужчин, женщин и детей. Трудно вообще понять предмет этой статьи с ее плоскими обобщениями и содержащимися в ней поверхностными теориями».
В редакции «Джуиш кроникл» не знали, что за несколько недель до того, как написать эту статью, Черчилль получил новое британское издание «Протоколов сионских мудрецов» – созданной при царском режиме подделки, в которой описывалось, как евреи добиваются мирового господства путем коварных заговоров. Эхо некоторых из этих обвинений явно слышится и в статье Черчилля. Но одновременно следует отметить, что «Джуиш кроникл» совершенно проигнорировала горячую защиту Черчиллем сионизма в той же самой статье. А ведь Черчилль однозначно выступил в защиту сионизма в то самое время, когда в британских политических кругах стали все чаще раздаваться голоса о том, что в связи с наступлением послевоенного периода следует пересмотреть те обязательства, которые были даны евреям в годы войны. Это особенно ярко проявлялось в среде консервативной партии, составлявшей основу парламентской коалиции, на которую опиралось правительство Ллойд-Джорджа. 23 декабря 1920 года старейший консерватор лорд Дерби писал Черчиллю: «Я считаю наш мандат в Палестине и идею создания еврейского государства исключительно опасными. Это прежде всего создало напряженность в отношениях между нами и Францией, которая считает, что она должна играть ключевую роль в Сирии, в то время как мы собираемся создать в Палестине сионистское государство, куда соберутся все евреи-большевики из Центральной Европы».
Черчилль, возлагавший большие надежды на сионизм в качестве противовеса большевизму, желал, чтобы Великобритания сохранила мандат на Палестину и при этом смогла проследить за тем, чтобы прибывающие туда евреи были свободны от налета идеологии большевизма. Судьбе было угодно вскоре предоставить ему возможность самому непосредственно заняться этим.
В январе 1921 года Ллойд-Джордж назначил Черчилля министром по делам колоний, возложив на него особую ответственность за два британских мандата – Палестину и Месопотамию. При этом Ллойд-Джордж объяснил ему, что главной его задачей должно стать уменьшение административных расходов в этих отдаленных и в основном пустынных регионах. В отношении Палестины существовала еще одна цель, не менее важная в глазах британского правительства: провести в жизнь положения Декларации Бальфура и способствовать созданию там национального очага для евреев.
