Он не торопится двигаться, сосредоточен на том, чтобы возбудить меня сильнее, дразня, целуя, кусая мои губы, шею и грудь. Боль все еще есть, но с каждым разом ее все меньше. Остается лишь жжение от того, что что-то нарушено. Мне нужно больше, нужно что-то, и я хочу, чтобы он двигался, я уже настолько готова к его действиям.
- Арес, – мой стон в его губах.
Как будто зная, что мне нужно, он начинает медленно двигаться, немного жжет, но я такая мокрая, что все начинает чувствоваться великолепно. О, Боже, чувства меня переполняют, я за всю жизнь не испытывала ничего прекраснее. Внутрь, наружу, внутрь, наружу.
Вскоре мне хочется, чтобы он двигался быстрее, глубже. Я обхватываю его шею и со стоном целую изо всех сил, ясно чувствуя его твердость внутри.
- Арес! О, Господи, Арес, быстрее.
Улыбка Ареса в моих губах.
- Хочешь быстрее, да? Тебе нравится? – Он глубоко проникает и начинает двигаться быстрее.
- Ох, ради Бога!
- Ракель, – Арес шепчет мне в ухо, в то время, как я цепляюсь за его спину. – Тебе нравится чувствовать меня там, полностью внутри себя?
- Да! – чувствую, как приближается оргазм и кричу так громко, что Арес целует меня, чтобы заглушить мои вопли, мое тело разлагается на части, удовольствие волна за волной заполняет каждую частичку меня. Арес стонет вместе со мной, его движения становятся беспорядочными и еще более быстрыми. Он кончает и падает на меня. Наше учащенное дыхание отдается эхом по всей комнате. Стук наших сердец явно ощущается в наших прижатых грудных клетках. Во время того, как оргазм отпускает, возвращается ясность ума.
О, Господи! У меня только что был секс с Аресом, я только что потеряла невинность.
Арес руками отталкивается, чтобы привстать, и с коротким поцелуем, он выходит из меня. Немного жжет, но ничего смертельного. Вижу следы крови на презервативе и отвожу взгляд, садясь. Он снимает презерватив и кидает его в мусорное ведро. Затем надевает брюки и передает мне мою одежду. Арес садится на подлокотник дивана, смотрит на меня и молчит. Ничего мне не говорит, никаких красивых слов, никаких объятий или чего-то подобного. Как будто с нетерпением ждет моего ухода.
Тишина слишком неприятная, поэтому я одеваюсь так быстро, как могу. Одетая, я поднимаюсь и морщусь от боли.
- Ты в порядке?
Я просто киваю. Арес смотрит на диван позади меня, и я следую за его взглядом. На обивке достаточно заметное маленькое пятно крови. Арес замечает мое смущение.
- Не беспокойся, я скажу, чтобы почистили.
Руки перед собой, я говорю.
- Я… Мне пора.
Он ничего не говорит, и это меня ранит. Никакого «Не уходи!» или «Почему ты уходишь?».
Я иду к двери с сердцем в горле. Хочется плакать, но я не позволяю слезам наполнить мои глаза. Я хватаю ручку двери, и он говорит.
- Подожди!
Во мне загорается надежда, которая превращается в разочарование, когда я вижу, что он подходит с коробкой в руках.
- Пожалуйста, прими его. Не будь такой гордой.
И от этого я чувствую себя еще хуже, как будто он платит мне за то, что только что произошло. Мятежные слезы наполняют глаза, и я даже не отвечаю. Открываю дверь и быстро выхожу.
- Ракель! Не уходи так! Ракель! – Слышу его крик позади. Бессознательно бегу к выходу, сталкиваюсь с горничной, но не обращаю на нее внимания и продолжаю путь.
Уже на улице, слезу безостановочно стекают по щекам. Знаю, что я сама ответственна за случившееся. Он меня не принуждал, но от этого мне не лучше. Я только что потеряла нечто очень важное для себя, и он даже не придал этому малейшего значения.
Я всегда думала, что мой первый раз будет волшебным и особенным, что парень будет ценить это, что, по крайней мере, у него ко мне будут чувства. Секс был превосходным, и он заставил мои чувства неконтролируемо расти до невероятных уровней, но это ничего для него не значило, просто секс.
И он меня об этом предупреждал, он ясно дал понять, чего хочет, и все равно я была настолько глупой, чтобы отдать ему самое ценное. Продолжаю бежать, легкие горят от рыданий. Дома я падаю на кровать, и плачу без остановки.
17
Сообщение
- Нутелла?
- Нет.
- Клубника со сливками?
Качаю головой.
- Нет.
- Мороженое?
- Нет.
- Знаю! Все вместе? Мороженое с клубникой и Нутеллой?
Я просто снова качаю головой, и Йоши поправляет свои очки.
- Я сдаюсь.
Мы одни в классе, последний урок только что закончился, и Йоши пытается меня развеселить. Как обычно на нем очки и кепка козырьком назад. Уже пятница, а я всю неделю провела, слоняясь по школе. Мне не хватило духу рассказать кому-либо о том, что произошло, даже Дани. Я разочарована сама в себе, все еще не в состоянии говорить об этом.
- Идем, Роччи. Что бы с тобой не произошло, не позволяй этому сломить тебя, борись. – Советует, гладя меня по щеке.
- Не хочу.
- Давай по мороженому? Попробуешь, да? – его красивые глаза смотрят на меня в мольбе, и я не могу отказать.
Он прав, что было, то было. Я не могу ничего изменить. Йоши протягивает ко мне руку.
- Идем?
Улыбаюсь и беру его за руку.
- Идем.
