Почти незаметно, песок немного разъезжался в стороны и превращался в мелкий бугорок, относительно мелкий. Если бы я не вслушивался и просто помотал головой, то точно бы пропустил его, приняв за обычный ветер. Но оно двигается слишком целенаправленно и линейно. Да и чуйка молчит зараза.
— Лили, — шепотом произнес я, — монстр на десять часов, приготовься, — судя по легкому дискомфорту и жару, она меня прекрасно услышала.
И вот этот бугорок начал ускорятся, двигаясь всё активнее и активнее в нашу сторону, но чуйка всё еще молчит. Становлюсь чуть ближе к напарнице, отзываю «Ноктис», оставляя лишь «Синфайн», а чуйка всё еще молчит. Сжимаю рукоятку до скрипа, но чуйка до сих пор не подает и звука.
Ожидание больно бьет по мозгам, нагнетая обстановку, а этот шелест режет слух, как будто кто-то водит вилкой по стеклу. И тут всё резко прекратилось. Это затишье длилось всего пару секунд, но для меня оно превратилось в целую вечность. И все прекрасно знают, что после затишья — всегда идет буря, что и подтвердила моя чуйка, начав бить в набат.
— Посмотрим на твой внутренний мир.
Поднимая килограммы песка, из дюны вырвалось огромное существо, но всё что я сейчас видел — это огромная пасть с сотнями кривых зубов, что кольцами шли вдоль пасти. И в этой дыре можно было спокойно спрятать легковушку, что уж там говорить про одного попаданца и его спутницу.
Видя, с какой скоростью эта пасть идет на сближение с нами, легонько толкаю Лили в сторону, уводя её с траектории полета этого червя. Легонько — это в моем понимании, на деле же девушка полетела вниз с дюны на пару метров, плюхнулась на песок, а потом уже сама быстро вскочила и кинула заклинание.
Я же быстро переставляю ноги и отклоняю корпус, беря клинок обратным хватом. Полыхнувший красным острие без препятствий входит в, на первый взгляд, крепкую кожу. Руны на клинке полыхнули алым, оповещая меня о наличии крови или еще чего с жизненной энергией. Хватаюсь за рукоятку второй рукой, поддерживая первую, а теперь всё что мне нужно — это стоять на месте и не выпускать клинок.
Ну, хоть я и нахожусь в фэнтезийном мире, где магия и восставшие из могил скелеты — это норма, а логика часто посылается в пешее эротическое, но законы физики никто не отменял. А в моем случае — инерция. Огромное тело червя под предводительством этой беспощадной суки, разрезало себя об мой клинок. Фиолетовая жидкость брызнула в лицо, орошая не только меня, но и весь песок вокруг, литрами крови или что там у этого червя вместо нее?
С той стороны червя полыхнуло жаром, а значит и Лили не сидит на жопе ровно, а тоже вносит свою лепту в победу. Есть у меня смутное чувство, что даже раны перерезающей этого червя напополам будет недостаточно для умерщвления этой фэнтезийной махины.
Но тут предчувствие опасности, что до этого момента опять решило поиграть в молчанку, снова заявило о себе, да так, как будто её там решили зарезать да отнекрофилить толпа шоколадных зайчиков.
Тут же вытягиваю клинок, что застал в теле чуть ли не полностью, не хватало его еще потерять, и ухожу перекатом вбок. Итак, уважаемые знатоки, внимание, вопрос. Что может быть хуже, чем огромный, плотоядный, бронированный червь, что рыскает в песке, в пасть которому можно засунуть легковой автомобиль? Хох, не буду томить вас ожиданиями — два. Два огромных бронированных червя.
Его собрат проходит параллельно первому и падает куда-то вниз дюны. Я за два быстрых рывка оказываюсь около Лили, и мы встаем спина к спине, смотря каждый в свою сторону. В правой «Синфайн», в левой «Ноктис» и оба взяты обратным хватом. Мои глаза приковались к мелкому бугорку, который начал плыть из стороны в сторону в толщах песка.
И вот он снова пошел на сближение, зигзагами рыская в разные стороны, он неумолимо приближался, пока снова не наступило затишье, а через мгновение тишину разрезал одновременный мой и Лили выкрик:
— В сторону! — я кинулся вправо, попутно тараторя активатор способности.
Острия клинков покрываются красным свечением, переставляю ноги, прокручиваюсь на месте, засаживая два клинка параллельно друг другу в плоть червя. Прогремел рокот и вспышка, которая точно бы меня ослепила, не будь она по ту сторону туши червя. Фиолетовые молнии пробивают сквозные дыры в туше обоих червей.
Клинки всё еще внутри, легко разрезают сантиметр за сантиметром, проливая на желтый песок литры фиолетовой крови. Но вот, тяжесть пропадает, как и звук разрезаемой плотной кожи, что очень похожа на хитин.
Снова быстрый рывок и снова мы с Лили стоим спина к спине. Один из червей издав истошный утробный рык, свалился на песок, проорав глубокую борозду на песке снизу и замерев навсегда. Второй же снова зарылся в песок и пошел на третий заход.
— Дим, если что, оттолкни меня подальше, — я ограничился лишь кратким кивком, усердно следя за каждым изменением на поверхности.
