Затем Нарышкин выхватил клещи. Что-то подкрутил на рукояти и направил дрожащими руками металлический сияющий захват в сторону грудины монстра. Он что, хочет⁈..
ХР-Р-РУП! — услышал я треск, и в грудине образовались две дыры, из которых вырвались светящиеся овалы.
Движения чудовища стали медлительными. Из дыр в груди полилась тёмно-синяя кровь. Мира и Живчик продолжали терзать его, а Тильда продолжала бить своим рыком в потолок над чудовищем.
На падающие камни Гримлак уже не реагировал, про ментальную атаку забыл, как-то погрустнел. Когда Живчик выжег Гримлаку последний глаз из десяти, а Крыс отсёк заново выросшие щупальца, чудовище протяжно заскрипело и… замерло.
Скорпион и Тимми между тем добили оставшихся сороконожек. Сразу после этого наступила тишина.
— Ф-фух, — Аркадий сел на камень, вытер пот со лба. — Это точно мне не снится? Мы действительно завалили высокоуровневого монстра?
— Да, приятель, именно так, — улыбнулся я. — Тебе не показалось.
— А чего других мутантов не было? — поинтересовался Аркадий.
— Они боялись Гримлака, поэтому держались на расстоянии… — услышал я голос Нарышкина. — Но скоро могут появиться.
Убедившись, что питомцы контролируют ситуацию и следят, чтобы не вылезла какая-нибудь шальная тварь, я подошёл к профессору. Он сидел на каменном полу, прислонившись к стене пещеры, и шумно дышал.
— Пётр Петрович, как вы? — помог я подняться на ноги. — Целы?
— Ещё немного и раздавил бы он меня, — слабо улыбнулся Нарышкин. — Спасибо вам, Владимир.
— Оберните, — протянул ему Аркадий какой-то пояс, оказавшись рядом. — От синяков неплохо помогает.
Нарышкин нацепил предмет на себя, и через минуту лицо его порозовело. Профессор натянуто улыбнулся.
— Вроде да, легче, — выдохнул он, затем достал прозрачный контейнер. В бесцветной густой жидкости плавали две мерцающие железы почти размерами с перепелиное яйцо. — Просто шикарно. Очень крупные экземпляры. Но это ещё не всё…
Он вновь перехватил кле́щи, активировал их. Захват тут же замерцал.
Мы вместе двинулись к Гримлаку.
Пока мы шли к поверженному чудовищу, я проверил состояние своих питомцев через связующие нити. Никаких сильных увечий не обнаружено. Лишь Тимми слегка поцарапала сороконожка, но я тут же подлечил ранку. А у Миры на боку виднелся ожог. Видно Гримлак, чувствуя страшную боль, выделил что-то агрессивное.
Лучше с этим не шутить. Я отправил побольше лечебных нитей, чтобы не случилось заражения.
Мира и Живчик сторожили мутанта, будто не верили, что он мёртв. Тимми и Дитрих сидели на спине Гримлака, между шипов на его огромной башке.
Я просканировал своих питомцев. Вот это да! Неужели хватило одной победы над высокоуровневым монстром, чтобы так измениться?
Все питомцы поднялись на следующий уровень. Мира, Сигма и Живчик достигли высшего. Тимми и Дитрих теперь на ступени выше среднего. Уверен, их хозяева будут довольны.
— Нужно торопиться, иначе железа растворится в теле, — обеспокоенно проговорил Нарышкин.
— Так, вы же вытащили две, — удивлённо ответил я.
— У такого сильного монстра должно быть их больше, — объяснил профессор. — Точно не меньше трёх.
— Что от меня требуется? — с готовностью спросил я.
— Нужно перевернуть монстра. Мне нужна его грудина.
Гримлак лежал на боку, поэтому мы с Аркадием, напялив специальные защитные перчатки, навалились с одного края панциря и кое-как перевернули монстра на спину. Пётр Петрович провёл артефактом над монстром.
Камни на артефакте по очереди замигали. Вскоре они так быстро разогнались, что казалось, будто все светятся одновременно. В это время из груди монстра вырвалась ещё одна железа. Но она была похожа на зелёный шар, размером с яблоко. Железа попала в захват клещей и замерла, медленно вращаясь вокруг своей оси.
Профессор осторожно опустил железу в контейнер.
— Владимир, вы не против, если я возьму себе эту железу? Для исследования, — уточнил он. — Остальные можете забирать себе.
— Конечно, не против, — улыбнулся я. — Для исследований ничего не жалко.
— Большое спасибо! Это очень ценно для меня, — обрадовался Нарышкин, передавая нам две железы. — Вы можете продать их прямо в таком виде. Уверен, у вас с руками их оторвут. Я спрятал прозрачный контейнер в один из карманов рюкзака.
Чуть позже, мы прошли чуть дальше, продолжив искать кристаллы.
Так и не увидели мы ни одной твари. Лишь в отдалении раздавались какие-то непонятные звуки, вроде взвизгиваний и скрежет когтей по камню.
Набрали мы полные рюкзаки кристаллов, в том числе нашли более тридцати астролитов. Нарышкин наполнил все свои пузырьки различными образцами.
А потом мы подались к выходу.
— Пи-пи-пи… — выскочил к нам цыплёнок, мутируя по пути. — Пи… хр-р-р, ахр-р-р!
Но он не успел перекинуться полностью. Прыгнул в нашу сторону и его перехватила в полёте Миры. Разорвала когтями, разбрасывая в разные стороны перья и тонкие щупальца-плети.
— Храбрая птичка… и глупая, — засмеялся я.
— Ещё и страшная, — хмыкнул Аркадий. — Кто бы мог подумать.
— Да вы Гримлака убили! Какие цыплята⁈ Вы о чём говорите⁈ — воскликнул профессор. — Цыплята… Ха-ха!
