— Пульс есть, хотя и слабый. Я же говорил, что тараканы живучие, — усмехнулся Безродный и ударил меня по щеке. Точнее — по щеке моего нового тела. — Э, хватит притворяться, придурок. Вставай! Я с тобой ещё не закончил.
Он что, ко мне обращается? Я не выдержал и улыбнулся. До того абсурдным показались его слова. В прошлом мире на меня даже голос не осмеливались повысить, и сам король разговаривал уважительно. Он хоть знает, кто я такой?
С трудом разлепил глаза. Две мерзкие рожи склонились надо мной. За ними маячило испуганное лицо симпатичной девушки.
Один из заросших ублюдков криво усмехнулся, сплюнул под ноги. Короткостриженый, черноволосый парень, широкий в плечах. Выглядит довольно внушительно.
Второй — рыжий, выше первого, но худощавей и с крупными веснушками на лице. Этот настороженно смотрел на меня, будто не знал радоваться или огорчаться тому, что я пришёл в себя.
Девушка присела рядом. Взяла меня за руку. Всмотрелась большими голубыми глазами.
— Володя, поднимайся, — ещё раз всхлипнула она. — Я помогу тебе дойти до больницы.
Володя Черкасов, значит? Ну чёрт с вами. Пусть будет так! Теперь нужно выяснить, что это за место и почему я здесь.
— Где это я? — выдавил я, но голос свой не узнал. Слишком юношеский, что ли.
— В Караганде, — хмыкнул тот самый качок, Сергей Безродный.
— Володя, где у тебя болит? Голова? — девушка протянула руку и хотела дотронуться до моего лба.
Но я мотнул головой, отчего та закружилась ещё сильнее. Ощущение, будто горячая лава плескалась в черепной коробке.
Попробовал отправить ману на купирование боли и мгновенное лечение, но… меня ждал неприятный сюрприз. Я едва смог почувствовать свой резервуар. И маны там было несколько несчастных капель.
Эй, какого чёрта⁈ Куда подевалась остальная энергия⁈
У меня два варианта и оба не очень. Первый — весь запас маны из-за перерождения сгорел и больше её не будет. Я ограничен потенциалом этого тела. Второй вариант — энергия появится, но совсем нескоро. Придётся начинать всё заново.
Хотя второй вариант мне нравился больше. И надо шевелиться, выживать. А то скоро меня ещё раз приложат головой о камень, и тут уж моя вторая жизнь будет рекордно короткой.
Был ещё третий вариант — в этом мире могло и не быть никакой магии. Но я сразу же понял, что это не так, замечая свечение какого-то магического барьера за спиной.
С трудом поднялся на ноги. Точнее, поднялся на четвереньки, затем встал на ноги, которые были больше похожи на спички.
Бегло осмотрелся, но мало что увидел. Глаза слезились и болели.
Понял только, что темнеет. Поздний вечер. Слева — какие-то невзрачные строения и тусклый источник света. Справа — вроде яма, ограждённая тем самым сияющим магическим барьером с изображениями черепов. Из ямы раздавались какие-то странные звуки. Шуршание листвы, чьё-то пыхтение.
— Ох, у него точно голова разбита! — вскрикнула девушка.
— Черкасов, не придуривайся! Давай уже, показывай нам чудеса приручения, — хмыкнул Безродный.
Ты хочешь, чтобы я показал тебе одного из своих питомцев? Ха-ха, я покажу! Но боюсь, тебя сразу инфаркт хватит.
Это не требует больших затрат маны. Когда связь установлена — достаточно послать ментальную команду. Но… так было в моём мире. Здесь же, только я отправил запросы своим питомцам, меня будто молотом по голове ударило. Земля ушла из-под ног и… я снова провалился во тьму.
Пришёл в себя ровно в тот момент, когда меня волокли по земле.
— Надо же было так встрять, а, — шипел Безродный. — Кто же знал, что там будет этот грёбаный камень⁈
— Ты что хочешь делать? — воскликнула девушка. — Только не говори, что…
— Так, хватит мне на нервы капать! — прорычал Безродный. — А что ты предлагаешь делать? Сознаться в убийстве⁈ Дура ты всё-таки.
— А ты чёртов маньяк! — воскликнула девушка.
— Да тише вы, здесь могут быть патрули, — услышал я голос рыжего.
— Тащи давай! «Патрули»… — зарычал на него Безродный. — Чем раньше скинем тело, тем быстрее свалим.
— Тебе не жаль Черкасова? — всхлипнула девушка.
— А ты предлагаешь мне в тюрьму садиться? — пробурчал Безродный. — Из-за какого-то отребья, которое только позорит всех аристократов⁈ Да к тому же он сам виноват. Нечего было стоять напротив этого долбанного булыжника!
— Бесчувственный ублюдок, — прошипела девушка.
— Не мы такие, жизнь такая, — пропыхтел Безродный. — Мне даже спасибо должны сказать Гудковы за это. Минус один Черкасов.
— Ну ты и загнул, конечно, — ответил его приятель.
Я хотел вырваться, но мои ноги были чем-то связаны, и слабость волнами накатывала. Вот это магическое сопротивление! Словно на стену напоролся с разбегу.
— Да погоди ты, Ромыч, дай я прорежу этот сраный магический щит, — бросил Безродный.
Меня оставили лежать на всё ещё тёплой земле. Я начал шевелить пальцами, затем кое-как приоткрыл один глаз.
Вот так, значит? Этот ублюдок собирается бросить меня в ту яму⁈ Испугался и пытается скрыть следы убийства. А остальные — его боятся и выполняют приказы.
— Всё, я не буду этого делать! — воскликнул его приятель. — Света, пошли отсюда.
Затем я услышал треск какого-то разряда, и рыжий зашипел от боли.
