— Ну что, Живчик, готов взбодриться? — опустился я рядом с щенком, который вылакал всё молоко. Затем поднёс к нему руку.
Я еще не знал, к чему у него будут способности, но решил подпитать его маной и посмотреть на изменения.
Щенок замер, когда в него потекла энергия. Он чувствовал ее каждой клеточкой своего тельца. Затем он задрожал.
Вдруг белое пятно на его голове увеличилось и заискрилось. Следом изменился окрас всей шерсти. Он стал абсолютно белым! Неожиданно.
Что бы это значило? Какие способности в нем таятся?
Я убрал руку и велел:
— Живчик, а ну, сбегай до двери и обратно!
Щенок довольно резво добежал до двери, обнюхал её и вернулся ко мне. Ничего необычного. Скорость прежняя, нет ни ускорения, ни еще каких-либо изменения.
— А теперь запрыгни на кровать, вновь приказал я.
Получилось это у него с третьего раза. Хм, значит прыгучесть тоже не изменилась. Неужели вся энергия ушла лишь на окрас? Нужно внимательнее к нему присмотреться. Но это потом. Сейчас же пора отдыхать. Завтра на учёбу.
Чуть позже я принял контрастный душ и лёг в кровать. Стоило закрыть глаза, как я тут же отключился.
На следующее утро проснулся раньше будильника и первым делом подозвал Живчика.
— Ну что, дружок, открылись в тебе какие-нибудь способности? — я внимательно осмотрел его.
Ничего нового. Хм, моей маны хватило лишь на изменение окраса? Не-ет, с этим надо что-то делать. Если я так и буду энергию по крупицам собирать, то не смогу развить свои способности.
Еще вчера я попросил кухарку приготовить для Живчика мясную похлебку с крупой. От молока толку мало, щенку расти нужно.
Положил ему полную миску, а сам перекусил яичницей и засобирался на учебу. Уже в дверях остановил слугу.
— Тихон, где отец? — спросил я у него.
— Ох, Владимир Григорьевич, — он поднял указательный палец вверх. — Его сиятельство у себя. И как всегда не в духе.
Понятно. Посмотрим, что на этот раз испортило его настроение. Когда я вошёл в кабинет отца, увидел главу семейства за письменным столом. Чертыхаясь, он просматривал какие-то бумаги.
— Что случилось? — я сел в кресло напротив и огляделся.
Кабинет, конечно, не фонтан. Но он всё-таки сохранил признаки былого величия: лепнина на потолке, громоздкая хрустальная люстра и толстый шерстяной ковер под ногами. Крыс был прав — лучшая комната во всём доме.
— Повесить бы этих арендаторов да нельзя — посадят! Один подлец признал себя банкротом и отказался платить. Так бы и свернул ему шею этими самыми руками! — отец процедил сквозь зубы и сжал руки в пудовые кулаки.
Уверен, по молодости он был силачом. Также как и мой дядюшка Элрон из прошлой жизни. Бывало, посадит на каждую руку по девице и упражняется. Раз сто мог с ними присесть, а на спор — все двести.
— Слушай, а что на самом деле произошло на восточной окраине? Ты говорил, что там ничего нет. Но ты что-то ведь скрываешь, — я пристально уставился на него.
Старик Черкасов удивлённо уставился на меня. Не ожидал от меня такого вопроса? Возможно прошлому Володе было плевать на это, а тут такой нездоровый интерес.
— Раз тебе так интересно — слушай. И больше не спрашивай меня об этой чёртовой окраине! — раздражённо бросил отец. — Есть там что-то. Несколько раз пытался раскопать, но каждый раз мешал Аракчеев. А потом — я уже говорил это… у меня деньги закончились. Я забросил это дело.
— А что именно находится под землей? — не отступал я.
— Откуда мне знать? — пожал плечами отец. — Недавно нанимал геологов, так те ничего не сказали. Кроме того, что внутри есть источник энергии. Будто я сам этого не знаю.
Я не стал больше расспрашивать. Лучше самому заняться этим делом. Но это — позже. Сейчас пора идти на занятия.
Сегодня по расписанию три пары. Первые две — теория. «Магия исцеления» и «История российской империи». А третья — практика. Интересно, что за практика? Будем упражняться в магии или в боевых искусствах?
Если в магии, то хорошо, что удалось напитаться от того подземного существа. В резервуаре достаточно маны, чтобы показать свои способности. А по боевым искусствам я тем более не переживал. Как показала встреча с Безродным и его шакалами, я быстро вспоминал определённые техники боя.
Так, намеренно сел на первой парте, чтобы не пропустить ни единого слова преподавателя. Да и отвечать я так могу быстрее. Надо укрепиться в Академии.
— Эй, Черкасов, ты за ум что ли взялся? — услышал я сзади шёпот и толчок в спину.
Какой-то прыщавый толстяк прямо на лекции пытался вывести меня из себя.
— Протезом от бати получил? — не унимался он и снова ткнул меня, но на этот раз линейкой. — Ты бы сильно не выпячивался, а то по шее получишь.
Я перехватил его руку, и слегка вывернул.
— Ай, больно, блин, — зашипел прыщавый. — Отпусти.
— Ещё слово из твоего поганого рта… или движение в мою сторону — будет гораздо больнее, — оскалился я.
— Понял, — испуганно закивал он, продолжая морщиться. Ещё бы — сустав кисти был вывернут. Ещё одно движение — и я сломаю её.
Я отпустил руку этого толстячка. А преподаватель покосился в нашу сторону, продолжая вещать о государственном строе империи.
