– Пойдемте. – Молчавший все это время доктор коснулся плеча Максима. – Я так понимаю, что разговор все равно закончен. Максим постоял еще секунду, а затем сказал:
– Спасибо, – повернулся и вышел следом за врачом. В коридоре Максим спросил:
– А как же он ходит?
– Что? – не понял врач.
– Как ходит этот парень, Володя Градов? Я костыли видел около кровати.
– А он их культями сжимает, – объяснил доктор. – Опирается, наваливается всем весом, а потом культями прижимает к телу.
– У него и ног нет?
– Ну почему нет? Ноги спасли, – ответил врач. – У него сквозное ранение правого бедра. Нога пока в гипсе с шинами. Но месяца через полтора снимем, и все в порядке будет.
– Понятно. Максим на ходу положил протокол допроса в кейс, щелкнул замками. Вот и все. Он узнал, что хотел. Теперь ясно, ради чего все затевалось. Пятнадцать танков и двадцать БМП – вот цена жизни этих мальчишек. Возле ординаторской Максим отдал доктору халат. Шинель он оставил в машине и был рад тому, что не придется суетиться здесь перед этим человеком, который, наверное, повидал в жизни куда больше страшного, чем он сам.
– А в этой вашей официальной сводке, – спросил вдруг доктор, – что за головная группа была?
– Пятнадцать танков, двадцать БМП, сорок человек пехоты.
– Это по два пехотинца в БМП, что ли? – засмеялся врач. – Товарищ полковник, да вы и вправду смеетесь. Максим, чертыхнувшись, едва не шлепнул себя ладонью по лбу. В самом деле, как же он сразу не подумал? Сорок пехотинцев? Маловато для двадцати БМП. Ерунда какая-то.
– И техники что-то слишком много на одну-то роту. – Врач покачал головой. – Я ведь до того, как сюда попал, в Афганистане в госпитале служил. Там мне и капитана присвоили. – Он посмотрел куда-то в сторону. – Знаете, что я думаю, товарищ полковник? Между нами. Думается мне, что кто-то танки эти и БМП толкнул налево, а ребят подставили, чтобы следы замести.
– Я тоже так думаю, – согласился Максим. – Теперь так и думаю. Ладно, желаю здравствовать, товарищ капитан. – Максим козырнул. Врач засмеялся.
– Да бросьте, товарищ полковник. Я ведь все равно честь отдать не могу. К пустой голове-то руку не прикладывают.
– Да, – улыбнулся Максим. – Все правильно. Я, наверное, заеду еще на днях.
– Зачем? – не понял капитан.
– Надо же этим ребятам рассказать, что в армии еще не все покупаются и продаются. И не все пьют с начальством коньячок и лимончиком с осетринкой закусывают.
– Да ну, бросьте. Закусывать коньяк осетриной? Это пошло. – Капитан засмеялся. – Но в любом случае желаю удачи. Думается мне, этим вечером вы нажили себе целую свору «доброжелателей». Так что удача вам очень понадобится. – Он подумал и добавил тихо: – Всыпь этим говнюкам по первое число, полковник. Так, чтобы они забыли, на каком свете находятся.
– Спасибо, капитан. Постараюсь. Доктор пожал Максиму руку, повернулся и зашагал обратно. Максим несколько секунд смотрел в его обтянутую халатом сутулую спину, а затем вышел в морозную ночь.
