Черная аура полностью

— Полагаю, вы отвели себе всего двадцать четыре часа на поимку убийцы?

Сойти не удалось. Все, что мог сделать Фин, — это дождаться, когда за ним захлопнется дверь, и только потом рассмеяться. Дежурный полицейский констебль позже рассказывал своему другу:

— Мерзость, я это называю. Его товарищ и единомышленник-чудак не далее как два часа назад умер, а ему весело.

— Вероятно, истерия, — предположил его друг, который проходил сэндвич-курс²⁹ по психологии толпы.

                                            * * *

Толпа полицейских начала редеть. Фин и прочие этерианцы все еще сидели в гостиной, главным образом потому, что никто не потрудился сказать им, что они могут идти спать. Остальных свидетелей давно отпустили по домам — все, кроме косоглазого репортера, который дремал в глубоком кресле, просыпаясь всякий раз на звук открываемой двери.

Нэнси уже спала. Стоуни поочередно беседовал со своими друзьями и богом — но молился он так, чтобы его острый подбородок не упирался в грудь. Миссис Уэбб подняла ноги кверху, Данк в открытую и беззастенчиво прикладывался к карманной фляжке, а Фин чувствовал нарастающее утомление в глазах после долгих часов бодрствования.

И только у Эрнестины с профессором ближе к ночи развязались языки. Они живо обсуждали индийский трюк с веревкой, в то время как другие лишь изредка вставляли слово. Хакель, естественно, ратовал за массовый гипноз и вспомогательные средства в виде веревок, а Эрнестина отдавала предпочтение духам-помощникам.

— Не могу согласиться, — пробормотал Стоуни, очнувшись от беседы с Всевышним. — Но могу пройти половину пути с каждым из вас. Все мы знаем, что гипнотизер может дотронуться до кого-либо карандашом, сказав ему, что это раскаленная докрасна кочерга и показать волдырь в том месте, к которому прикоснулся.

Хакель и Эрнестина кивнули, пока что принимая аргумент.

— Но откуда нам знать, что это не раскаленная докрасна кочерга? В другой плоскости, я имею в виду. Четырехмерный объект в том же месте, что и карандаш, понимаете? — Очевидно, он почувствовал, что это все объясняет, поскольку тут же впал в благоговение.

Фин встал, чтобы потянуться, и вытащил пенковую трубку.

— Почему это должно быть массовым гипнозом, духами или четвертым измерением? — спросил он, зевая. — Сценические фокусники ежедневно творят чудеса, суды полны свидетелей, показания которых, данные под присягой, противоречат одно другому, а в каждой публичной библиотеке значительное место занимает отдел фантастики. Почему же мы не можем распознать трюк вне сцены, искреннее заблуждение вне зала суда или незапротоколированную ложь?

Миссис Уэбб внезапно встрепенулась.

— Мне кажется, это аморально — сидеть здесь, теоретизируя и препарируя после того, что произошло. Если мы хотим поговорить, давайте поговорим о Стиве и докторе Лодердейле.

— Вы правы, разумеется. — Фин резко вернулся в кресло. — Вы находите какую-то связь между исчезновением Дока и сме... уходом Стива?

— По-моему, связь абсолютная! — вмешалась Эрнестина. — Проклятие скарабея! Стив взял его себе после исчезновения Дока. Он... надел его, когда...

— Но где амулет сейчас? — спросила миссис Уэбб.

— Действительно, где? — Фин полез в карман за амулетом, но не нащупал его.

— Смотрите! — Эрнестина указала на какой-то предмет на полу, как раз там, где только что стоял Фин. — Скарабей!

— Как он здесь оказался? — недоумевала миссис Уэбб.

Фин хотел было признаться, что стоял прямо на том месте, когда вытащил свою трубку, что носил скарабея с собой уже некоторое время, но вместо этого решил послушать объяснения других.

— Он вернулся к нам, — заявил Стоуни.

— Стив, наверное, оставил его там для нас, — зачарованно сказала Эрнестина. — Для одного из нас.

Все, кроме Хакеля, убедили себя, что это было экстрасенсорное проявление высшего порядка. Спящие пробудились, и материализовавшийся скарабей указал на них. Через несколько минут это стало частью легенды.

— Лучше его поднять, — наконец произнесла миссис Уэбб.

— Пожалуй, ты права, старушка. — Данк потянулся за ним, но неохотно. Он был рад, что Стоуни опередил его.

— С этого момента он будет находиться у меня, — объявил священник и положил амулет в карман. — Пускай он обладает мощной энергией, я могу призвать еще более Могущественную Силу, если вы понимаете, что я имею в виду. — Зубы сверкнули в их сторону.

Такая смелость успокоила их, и они принялись обсуждать проклятие. Фин несколько минут не вступал в разговор, затем задал вопрос:

— Единственное, что мне непонятно, откуда вообще у Дэйва этот скарабей?

— Если хотите знать мое мнение, — хрипло произнес Данк, — это африканский джуджу³⁰. Парень, который дал ему это, имел нечто большее, чем просто примесь негритянской крови. В этом есть смысл, знаете ли. Египтяне были всего лишь кучкой черномазых в маскарадных костюмах, считаете, нет?