На полицейских преследователи, одетые в просторные белые рубашки, какие носят подавляющее большинство мужчин, не походили. В какой-то момент Мухаджир хотел надавить на тормоза, но вдруг увидел у пассажира, сидящего на переднем сиденье, автомат Калашникова. Отметил даже взгляд с холодной улыбкой на тощем лице. Неподвижными оставались разве что глаза, сделанные из кусков мутноватого стекла. Приподняв автомат, тот высунулся из машины, стараясь навести ствол на колеса. Движения размеренные, уверенные, ничего такого, что могло бы указывать на нервозность. Парень выполнял обычную работу и, судя по тому, как он действовал, справлялся с ней отменно. Молодой человек явно наслаждался своей властью, собственным величием над беглецами. Мухаджир даже понял, в какой момент прозвучит очередь, осознавая, что ничего не может противопоставить целому рою раскаленного свинца, но в этот самый момент мини-вэн подпрыгнул, и выпущенная очередь прошла под колесами, брызнув в стороны каменной пылью.
– Кто эти люди? – крикнул он, поворачиваясь к пассажиру.
– Черт бы их побрал! Я их не знаю! – в отчаянии закричал тот. – В первый раз их вижу.
– Зато они, похоже, вас знают очень хорошо.
Негр широко разомкнул губы в белозубой улыбке. Его явно забавляла погоня. Вероятно, он ощущал себя охотником на сафари, пытавшимся загнать в ловушку опасного зверя. Спешка здесь ни к чему – следующий выстрел полагался смертельный. На заднем сиденье, с автоматами в руках, сидели еще двое сомалийцев и что-то говорили стреляющему: обыкновенные шутки, известные охотникам в любой части света. Наверняка советовали стрелять точно в глаз, чтобы не попортить дорогую шкуру. Обернувшись к приятелям, негр что-то произнес, и все четверо, включая водителя, зашлись громким смехом. В какой-то момент Гурий Мещерский ощутил полнейшее бессилие: охотники явно наслаждались неоспоримым преимуществом и, видно, не торопили финал. В жизни не так много ситуаций, когда имеется возможность почувствовать себя вершителем судеб.
Но как бы ни складывалась погоня, ясно одно – она закончится для беглецов пулями в голове.
Отсмеявшись, четверка неожиданно замолкла. Затылок Мухаджира заломило от холода, приближалась развязка, он понимал, что следующая очередь для них станет последней. Вцепившись в кресло, с побелевшим от напряжения лицом, он нашел в себе силы обернуться в сторону, откуда, из укороченного ствола, на него смотрела смерть.
Лицо стрелка мгновенно застыло. Игра закончилась, пошла серьезная работа. Приподняв автомат, он высунулся из кабины, стараясь поймать спину водителя, и Мухаджир, крутанув руль вправо, въехал прямо в густую ограду из кактусов, разбивая бампером их зеленую ядовитую мякоть. Машина подпрыгнула на ухабах, где-то вблизи прошла автоматная очередь, за ней – вторая.
И опять в никуда!
Показалось, что джип безнадежно отстал, но в действительности он был спрятан за стеной кактусов, разросшихся вдоль дороги. Развернув машину, Мухаджир остановился.
– Почему мы не едем?! – в отчаянии закричал капитан. – Нас ведь просто перестреляют!
– Заткнись! – повернул к нему помертвевшее лицо Мухаджир. – И сиди смирно!
Он оторвался от преследователей почти на полкилометра и теперь старался использовать это время с максимальной для себя выгодой. Выпрыгнув из машины, он обежал с противоположной стороны дороги и, спрятавшись за толстый ствол кактуса, стал ждать. В какой-то момент почувствовал, что мелкие колючки растения впились ему в шею, в лицо, вызывая при этом невероятный зуд, однако старался не шевелиться, опасаясь выдать свое присутствие.
Послышался рев работающего двигателя, и через частокол кактусов показалась решетка двигателя с могучим бампером. Лица водителя и пассажиров были скорее озабоченными, чем удивленными. Легкая прогулка на автомобиле затягивалась, превращаясь в бег с препятствиями, который им явно пришелся не по вкусу, но по их решительным физиономиям можно было понять, что свое дело они собираются довести до конца. Вот на лице стрелка отобразилось удовольствие – он увидел машину, стоявшую в стороне, что-то отрывисто бросил водителю, и тот, согласно кивнув, развернул автомобиль. Мухаджир зло улыбнулся: теперь, голубчики, вы у меня как на ладони! Создавшаяся ситуация напоминала стрельбу в тире: он видел в машине четыре мишени, которые следовало поразить четырьмя выстрелами. Ситуация осложнялась лишь тем, что машина подпрыгивала на неровностях, заставляя смещаться цели. «Но мы к этому привычные, и не с таким приходилось сталкиваться».
Все четверо смотрели в сторону остановившейся машины, совершенно не подозревая о том, что за их спинами прячется смерть. Теперь на расстоянии двух десятков метров Мухаджир имел возможность рассмотреть лица преследователей. Молодые, самоуверенные, наивно полагающие, что впереди их ожидает бесконечное количество лет. Жизнь, в их понимании, нечто вроде нескончаемой череды удовольствий, где есть место не только вкусной жратве и грудастым девицам, но и таким вот увеселительным прогулкам по саванне.
