– Называйте меня Кай, – буркнул лорд. – Что уж там, между заклятыми-то врагами… Особенно видевшими мой сад! Вы, между прочим, первые! Его ещё ни один светлый не видел… Да что вы так на меня пялитесь, ваше высочество?! Да! Я при браслете! Хотя ума не приложу, как вы его разглядели под рукавом! Полноценен и полностью экипирован для грядущего боя! А ваш папенька вчера принёс мне вассальную клятву!
Принцесса покраснела, чуть поклонилась, пробормотав:
– Сердечно поздравляю, милорд! – И уткнулась в бокал с соком.
– Меня зовут Николай. Можно просто Ник, – представился рыцарь. – И кстати, о бое… У меня накопилось несколько вопросов по этому поводу. Нет ли возможности обсудить их в узком кругу? Так сказать, самых заинтересованных лиц.
– Здесь нет пр-редставителей Белого Совета, – нейтральным тоном возвестил ворон. – Не менее заинтересованных.
Специально для него на столе стояло блюдо бифштексов с кровью, но Ганцонгер ни разу за время ужина не покинул спинки Никова стула. А вот фамилиар лорда на ужин не явился вовсе. И славно! Ник, конечно, видел только его змеиную ипостась, но сильно подозревал, что другая может оказаться и крокодилом. О присутствии около лорда невидимого белого кота он, разумеется, не знал.
– Всё, что я мог узнать от Белого Совета, я уже узнал, – столь же нейтральным тоном сообщил рыцарь. – И эта информация мне кажется недостаточной. Точнее, я практически уверен, что она неполная. Вот, например, такой вопрос. Скажите мне, господа тёмные маги, как быть, если я хочу отказаться от боя? Это возможно?
Герцог поперхнулся, а его столовый ножик с визгом проехался по тарелке мимо мяса.
– Может быть, всё-таки вина? – осведомился Лекс.
– Нет-нет, – прокашлявшись, отказался Кормчий. – Прошу прощения…
К счастью, Ник, по примеру лорда, практически не ел, больше играл вилкой, иначе бы поперхнулся в свою очередь, когда лорд, поправив шарфик, холодно произнёс:
– Буквально вчера я задавал моему советнику этот же вопрос. И представляете, Николай, не получил внятного ответа.
– Вы преувеличиваете, милорд. Я ответил вам, что это невозможно.
– Почему? – вклинился Ник. – Простите, Кай! Я тоже хочу внятного ответа. Фактически мы оба хотим… Вы можете нам ответить, герцог?
– Видимо, должен, – сказал Кормчий с тяжёлым вздохом. – Видимо, судьба отвела эту роль именно мне…
– Хороши бы вы были, отказав одновременно двум высшим силам Книги Мира! – ухмыльнулся лорд. – Давайте, герцог, мы ждём! Мне очень хочется знать, из каких таких соображений я должен рисковать своим здоровьем! Чего ради? Это ваше «мир рухнет» представляется мне не слишком умной отговоркой. Лично у меня сейчас всё прекрасно! Вот мы оба перед вами, обратите внимание – за одним столом! Никто ни в кого вилками не тычет, и мир стоит себе, как стоял!
– Именно, – подтвердил Ник. – Правда, я бы не стал называть себя высшей силой…
Герцог усмехнулся.
– Напрасно, ваша светлость. Вы не просто самый сильный в этой Книге маг – исключая милорда, – вы именно сила. Высшая сила Света. Так же как милорд – высшая сила Тьмы.
– Предположим, я поверил, – кивнул рыцарь. – Ну так и что же мешает нам с милордом жить мирно, поддерживая самим нашим существованием пресловутое мировое равновесие?
– Законы мироздания, ваша светлость. Проблема в том, что они никем не писаны и незыблемы. Они просто имеют место быть. Как основополагающие законы природы. Буду тривиален.
Кормчий встал, подхватил из вазы краснобокое яблоко и показательно уронил.
– Согласитесь, что ни один из нас не может сделать так, чтобы яблоко, к которому не приложены какие-либо иные действия или приспособления, падало вверх.
– Я не яблоко, – мрачно сообщил его темнейшество, и герцог поклонился ему.
– Но если уронить вас, милорд, вы тоже упадёте вниз. Конечно, если не будете применять магию. Однако мир, который не подчиняется законам природы, вынужден непрерывно меняться, что достаточно быстро приводит его к полному хаосу. Именно потому всё существующее в мире подчиняется совершенно конкретным и неизменяемым законам. Ради сохранения баланса.
– Я не вижу в этом ответа, – сказал Ник.
– Ответ есть. И он в том, что Светлый рыцарь и Тёмный лорд – две чаши равновесия. Свет и Тьма, не способные существовать друг без друга. Но в то же время в Книге Мира существует закон, согласно которому они должны биться друг с другом. При гибели одного из них равновесие нарушается, что ведёт к хаосу и гибели мира. Если погибают оба – приходят следующие. Отказ от боя ведёт к хаосу и гибели мира. Как и любые отклонения – например, затянувшаяся пауза или бой до назначенного момента. Ваш отец, милорд, дрался с последним рыцарем множество лет, но первого рыцаря он убил. Если обе высшие силы погибли в бою, то механизм останавливается. И первый бой преемников ведётся до смерти одного из них. Именно эта смерть заново запускает механизм, поддерживающий баланс.
– Какой в этом смысл, герцог?! – перебил его Ник. – Это же просто какие-то дурацкие правила!
