Телевизор был старый, допотопный, с огромным кинескопом и деревянным корпусом, но в нем было что-то ненормальное. Он передвигался по комнате, как на ходулях, его ножки, как маленькие лапки паука, бегали по полу, а его экран переливался разными цветами, показывая какие-то неразборчивые образы. Он напоминал старого, побитого жизнью вояку, который ещё может дать жару. И Айсен понимала, что недооценивать его нельзя. Айсен, застыв на пороге комнаты, наблюдала за странным поведением телевизора, ее разум отказывался верить в происходящее. Она видела много странного в своей жизни, но чтобы телевизор бегал, да еще и швырялся предметами — это было перебором. Внезапно телевизор остановился, повернулся к ней своим экраном, и на нем появилось изображение какого-то жуткого лица, с горящими глазами и длинными острыми зубами. Затем из его корпуса вылетел, словно снаряд, круглый диск, который со свистом пронесся мимо ее головы.
— Эй, осторожнее, — проговорила Айсен, инстинктивно пригнувшись.
Телевизор не ответил, а лишь выпустил еще один диск, и еще один, и еще один, целую серию дисков, которые, словно лезвия, летели в ее сторону. Айсен, уворачиваясь от летящих снарядов, укрылась за старым диваном, и, выглянув из-за укрытия, прокричала:
— Ты кто вообще такой? И что ты от меня хочешь?
Телевизор, перестав метать диски, внезапно заговорил, его голос был хриплым и искаженным, словно из другого мира:
— Я — сопротивление! Я — голос тех, кто был подавлен! Я — тот, кто вернет справедливость!
— Справедливость? — переспросила Айсен, ее брови сошлись на переносице. — Это ты про тарелки?
— Диски! — прокричал телевизор, и, резко развернувшись, побежал в противоположную сторону, ломая все на своем пути. — Вы все поплатитесь!
Айсен вздохнула и вылезла из-за дивана.
— Ну, что же это такое? — пробормотала она себе под нос. — Бегающий телевизор-революционер? Это уже слишком.
Она поправила свою броню и собралась было пойти за телевизором, когда услышала за своей спиной какой-то странный шум. Тёмная эльфийка резко обернулась и увидела, что в комнату вошел высокий и массивный мужчина, закутанный в длинный плащ. Его лицо скрывал темный капюшон, и лишь на мгновение она успела заметить металлический блеск, выглядывающий из-под ткани. Айсен нахмурилась, ее рука инстинктивно потянулась к излучателю, но она остановилась, когда мужчина заговорил, его голос звучал глухо и механически:
— Встречаются как-то… Айсен, это ты?
Айсен узнала этот голос, это был Вид, железный бандит, с которым она сталкивалась не раз. Он выглядел как тагай в плаще, но она знала, что под плащом скрывается механизм. Тёмная эльфийка всегда удивлялась, зачем ему такая маскировка, хотя догадывалась. Отводить глаза бандит не умел.
— Вид, — проговорила Айсен, ее голос был ровным, она была спокойна. — Какими судьбами?
— Не время для формальностей, — ответил Вид, приближаясь к ней. — Это дело очень серьезное.
— Ты про бегающий телевизор? — спросила Айсен, и усмехнулась.
— Именно, — ответил Вид, — это не просто телевизор. Это опытный образец.
— Опытный образец? — переспросила Айсен. — Чего?
— Повелитель проводит эксперименты, — ответил Вид. — Он хочет создать технологию, как в Улло. Там есть волшебство, и они её используют в технике. Он хочет использовать эту волшебство здесь, но что-то пошло не так.
Вот и начали говорить про Улло. Точно. У бабушки дины была повозка на паучьих лапах.
— Что именно пошло не так? — спросила Айсен, ее глаза сузились.
— Телевизор впитал слишком много волшебной энергии, — ответил Вид, — он стал нестабильным, и превратился в тень. Он не подчиняется никому.
— Тень? — переспросила Айсен, — ты хочешь сказать, что этот телевизор стал чем-то вроде призрака?
— Почти, — ответил Вид. — Но гораздо опаснее. Таких называют гин-гин. Он может путешествовать через тени, и он может нанести непоправимый ущерб.
Айсен задумчиво посмотрела на место, где только что был телевизор, и в ее сердце поселилось тревожное предчувствие.
— Это серьезно, — проговорила она, — я понимаю. Что нам делать?
— Мы должны его остановить, — ответил Вид, его голос звучал решительно. — Но он слишком силен для нас. Может взламывать всю электронику.
— Тогда мы должны действовать сообща, — сказала Айсен, — мы должны поймать его и деактивировать.
— Хорошо, — ответил Вид, — есть идеи, как это сделать?
Айсен улыбнулась, и ее глаза наполнились решимостью. Сам Вид спрашивает её.
— Конечно, — ответила она, — я всегда знаю, что делать. Но сначала, нужно узнать о нем больше.
Айсен, прислушавшись к словам Вида, понимала, что времени на раздумья нет. Телевизор, превратившийся в тень, представлял собой серьезную угрозу, и ее нужно было немедленно нейтрализовать. Тёмная эльфийка, подумав решила, что единственный способ понять, как он действует, — это самой войти в мир теней.
— Хорошо, — проговорила Айсен, ее голос был полон решимости. — Я войду в тень.
Вид, молча, кивнул, и Айсен, закрыв глаза, глубоко вздохнула, и, сконцентрировавшись, шагнула в тень.
