— Я бы так и не сказала. Он же ведь не работал на отца. Он работал вместе с отцом. Поверь мне, это еще больше обязывает его уважать. Знаешь, мы когда с твоим отцом только познакомились, я не знала, как к нему, тогда к ней, относиться.
— Отец тогда был женщиной? А, да, помню. Тебе тогда женщина понравилась?! — Искреннее удивление.
— Знаешь, когда тебе кто-то нравится, ты не смотришь на такие вещи. Нравится и все. А дальше уже — Лиза положила руку себе на грудь. — Сердце подскажет.
Айсен совершенно не понимала этого. Есть всего два пола. Женщина и мужчина. Ну и еще гермафродит, который может иметь детей сам от себя. Все остальное не очень вписывалось в ее картину мира. Однако то, что ее картина мира существенно отличается от то, что ее окружает, Айсен узнала довольно скоро. Впрочем, понимать и принимать она тоже быстро научилась.
— Ма, я иногда не понимаю, что ты говоришь, но знаю, что ты хочешь мне помочь.
— Эх, еще бы Вета это знала.
— Вы опять там сегодня орали с ней.
— Да, я всего лишь попросила не одевать свитер на яйцо. Она заявила, что я домашний тиран, что я ущемляю ее права, позорю перед Конрадом — Лиза нахмурилась. — Как она может? Неужели она ничего не понимает?
Айсен старалась не влезать в разборки сестры с матерью, но на этот раз просто не смогла смолчать.
— То, что она нацепила свитер на яйцо, просто верх тупости.
— Так вот и я также посчитала. Яйцо могло перегреться.
Айсен не стала говорить, что считает так совершенно не поэтому, а потому, что наряжать яйцо вообще во что-либо — это верх глупости. В конце концов, это не полноценное живое создание, а нечто вроде цветочного бутона. И распустится он или нет — совершенно неизвестно. Но не стала говорить об этом матери. Пусть подумает, что хоть в чем-то их мысли сходятся.
— Знаешь, Айси, действительно, сходи разбери чулан. Может быть, найдешь там что-нибудь или розетки починишь.
— Нет, с этим я не помогу. Совершенно во всем этом не разбираюсь.
— В планшете есть инструкция, — так между делом сказала Лиза.
— Все отцу, все отцу — отмахнулась Айсен, и поцеловав мать, вышла из ванной. Наскоро, переодевшись в какие-то шорты и футболку, Айсен взяла ящик с инструментами, мощный аккумуляторный фонарь и отправилась в чулан особняка. Чуланом они называли его в семье. На самом деле это были
огромные катакомбы в несколько этажей под особняком. Через них можно было перемещаться по всему городу, но они были завалены, в них жили крысы, слизни и там очень отвратительно пахло.
Говорят, что там перемещались повстанцы и несанкционированные банды. Один раз глубоко в детстве Айсен слышала, что там убили рептилоида. Впрочем, сейчас она ничего не боялась, легко бы справилась и с одним рептилоидом, и с двумя. Нет, определенно этой семье нужен плазменный резак. Айсен открыла дверь, на нее смотрело нагромождение столов, стульев, множество ящиков. Девушка посветила фонарем. Импровизированная башня тянулась до следующей стены. Разбирать здесь все можно до бесконечности долго. Айсен попыталась вытащить стул за ножку. Он был накрепко сцеплен с другими. Айсен дернула сильнее, в ее руках оказалась деревяшка.
— Ну вот так всегда.
После того, как Айсен это сказала, башня неожиданным образом разрушилась. Нагромождение мебели превратилась лишь в небольшую кучку хлама с краю от двери.
— Удивительно.
Айсен действительно была изумлена, как только что огромный завал вдруг превратился в кучу мусора. Волшебство не иначе. Она прошла вниз, комната была довольно большой, но меньше ее собственной. Посередине располагался
люк, ведущий в чулан. Большое массивное кольцо, замок.
— Элизиум Вирго, — сказала Айсен, имитируя голос собственного отца. Имитация голоса была еще одной способностью, которая обладала на ее памяти только Айсен. Все восторгались, когда она притворялась сестрой, матерью или отцом, или даже тетей Ариэль. «Эрих, Эрих, ты надел куртку!», в детстве любила кричать Айсен, вызывая нахмуренные брови Ариэль и громкий смех дяди Эриха. «Ну точно, так похоже, так похоже», — говорил Эрих, получая затрещину от жены. Впрочем, легкую и с заклинанием исцеления.
Сейчас это как нельзя, кстати, пригодилось. Запароленный замок открылся, схватившись за толстое металлическое кольцо, Айсен напрягла все свои силы, но не смогла сдвинуть люк с места. Поднявшись наверх, она взяла металлическую трубу с завода, снова вернувшись в чулан, она подперла ей крышку люка, и наконец ей удалось ее сдвинуть сначала на сантиметр,
на другой, потом там образовалась щель, где девушка смогла перехватить руками. Тут предательски выскочила металлическая труба, и Айсен придавила руки так, что ей пришлось собрать волю в кулак, чтобы не заорать на весь особняк. «Глупые, все глупые», — грязно ругалась девушка, ее ладони наверняка посинели. Сделав невероятное усилие над собой, применив все волшебство, которое она только знала и умела, а не знала она практически ничего, Айсен наконец удалось откинуть крышку люка в сторону, с грохотом та опустилась на пол.
— Ну все, сейчас точно весь дом перебужу.
