Допив пиво, остававшееся на дне кружки, Руслан, взял перекинутую через спинку дивана куртку, и вышел на улицу. Теплый вечер давал надежду на то, что лето, наконец-таки, вернулось. Поймав попутку, Руслан назвал район, в который ему нужно попасть и расслабился на заднем сиденье автомобиля. Водитель почти всю дорогу молчал, лишь изредка отвечая на часто поступавшие к нему звонки. Несколько раз Руслан доставал из кармана клочок бумаги, на котором были записаны телефонные номера и адрес, задумчиво глядел на него, а затем клал обратно. Его план был прост, и все что ему требовалось — это найти нужного человека. Оставалось лишь надеяться, что Баур вышел на парня, который действительно окажется полезным. В голове Руслана проносились разные мысли, но особенно сильно его тяготили те, которые касались возможных последствий совершаемых им действий. Но, по-другому поступить он просто не мог. Он еще чувствовал на себе груз ответственности за то, что так и не сдержал слово, данное отцу Лауры. Он обещал найти старика и помочь ему воссоединиться с дочерью, которая, к слову, оказалось самой ничтожной девушкой, которой ему доводилось знавать. Глупая, злопамятная, эгоистичная и злая на весь мир. В ее голове вертелись мысли лишь о деньгах, развлечениях и выпивке. Эта девушка ничего не знала о таких понятиях как честь, семья и здоровые человеческие отношения. Руслану было стыдно признаться себе в этом, но он часто подумывал о том, чтобы выслать Лауру в худшие притоны города, чтобы она в избытке получила все, что так любила и к чему стремилась. Она вызывала неприязнь, и Руслан старался не разговаривать с ней, в то время как все другие девушки борделя стали его хорошими подругами. Впрочем, его неприязнь к ней была взаимной. Возможно, она ненавидела его еще больше. Может быть, даже, не последнюю роль в этом играла их первая встреча, где он, в одурманенном мозгу девушки, предстал злодеем, напавшим на ее лысого спутника. Злодеем, решившим вырвать ее из рук богатых друзей, и отдать бедствующей семье. Так или иначе, Руслан не предпринял никаких попыток вернуть девушку в семью, и в суете минувших дней, забыл данное старику обещание. Но, ситуация с Али… В ней не фигурировали глупая дочь и страдающий, но все же продолжавший жить отец. В ней был мертвый полковник и девушка, о судьбе которой Руслан ничего не знал. Он чувствовал бы себя виноватым всю оставшуюся жизнь, если бы не написал на клочок бумаги контактные данные девушки и, усевшись в попутку, не направился на встречу с полицейским информатором со странным прозвищем Стэйк.
Гнетущая атмосфера района ввергла Руслана в еще большее уныние. Шагая между обшарпанных временем домов с зияющими черными дырами вместо окон, Руслану следовало бы опасаться за свою жизнь. Он почти чувствовал, как злобные взгляды впиваются ему в спину. Тут и там по подъездам шарахались подозрительные люди, но не попадался никто, кого можно было спросить о Стэйке. Подавленный окружением и печальный от всего, что приходилось делать, Руслан дошел до самого центра района. Там, наконец, он встретил группу молодых парней и престарелых мужчин, устроивших трапезу прямо на деревянной лавочке — единственном напоминании о детской игровой площадке, что здесь когда-то была.
— Ребята, мне нужен Стэйк.
Без особого интереса несколько человек посмотрели на Руслана, другие же и вовсе проигнорировали его вторжение.
— Мне нужен Стэйк.
— Здесь есть бутерброды, есть пиво, рыба, стэйков здесь нет, — сказал кто-то из толпы, не поленившись даже провести рукой над каждым названным блюдом, и вся компания дружно рассмеялась.
— Видишь ту колымагу, — поднявшись с корточек, сказал длинноволосый мужик, сидевший ближе других к Руслану, и вытянул палец в направлении сгнившего автомобиля. — Сразу за ней есть улочка. Первый подъезд, первый этаж, первая дверь справа.
— Стэйк любит быть чемпионом, — вклинился кто-то и толпа вновь загалдела.
— Если его там нет, то смотри в колымаге.
Сказав это, длинноволосый, как и все остальные, потерял всякий интерес к Руслану, и принялся уплетать бутерброды.
— Спасибо, — почти неслышно поблагодарил Руслан и поспешил к колымаге.
Руслан чувствовал себя чужаком. Казалось, стоит лишь потерять бдительность, как кто-то всадит нож ему в спину. Ни за что. Просто потому что он здесь чужой. Или потому что кому-то не понравится его походка, взгляд, одежда. Теперь-то Руслан точно знал, как легко некоторым людям лишить жизни другого человека. А в таких районах, где каждый второй либо наркоман, либо гастролер, выезжавший по ночам на охоту в центр города, особенно.
