Она увидела, что Никодим, одетый в странного вида шапку, напоминающий перевернутое гнездо, аккуратно крутит колесо, отвечающее за управление своей повозкой. Его слуги, в том числе новоявленный сатир, находились на задней скамье, держа в руках многочисленное оборудование.
— А что? Вполне себе.
— Ты же фея, неужели ты себя не уважаешь? Пусть слуги этим занимаются.
— Так-то я тоже из расы слуг, я же низшая фея.
— Ник, ну сколько раз тебе говорить, двадцать лет пробыл сатиром,
ты мог бы стать лесным эльфом, мне бы мог приказывать.
— Ты знаешь, я недавно разговаривал с одним ангелоидом, кажется Конрад, — даже услышав по телефону имя Конрада, Лиза покривилась, не любила она его и все тут. — Удивительно много общего у меня с ним, ему тоже пророчили огромное будущее, что он может возглавлять целые концерны, десятки заводов, планировать войны, миграции, а знаешь, что он сказал? Не мое это, не моего уровня полет.
— Ну да, мозги как у гарпии — рассмеялась Айрен.
— Может быть, — проговорил. Никодим, он явно не разделял убеждения, Айрен, однако спорить с ней совершенно не собирался. — Пока что меня устраивает быть сатиром, по крайней мере там, где я нахожусь сейчас.
— Так а что же твои исследования?
— Хозяйка, а вы действительно уверены, что мастер Никодим…
Лиза не знала всех тонкостей фейской иерархии, однако к обращению хозяин, Никодим относился очень отрицательно. «Просто Никодим, прошу тебя девочка, называй меня просто Никодим», так говорил сам сатир. Однако Лизе не нравилось несоблюдение субординации и она остановилась на обращении
мастер, которое бытует во всем остальном мире, в срединных мирах и в вышних.
-..вы действительно уверены, что мастер Никодим стал бы вам приказывать, даже если бы он был лесным эльфом?
— Нет, конечно же не уверена. Никодим он такой, — мечтательно подняла вверх глаза Айрен —. Я не думала, что когда-нибудь
встречу такую фею. Там, откуда я родом, все грезят сражениями, понятием своего уровня, быстрой эволюции, созданием собственных домов. Честно говоря, и я тоже, и от этой мысли я не
отказался до сих пор. Скорее всего, по возвращении к себе на родину, я наконец-таки наберу достаточно опыта, чтобы стать арахном. Возможно, даже в который раз произведу потомство.
Айрен посмотрела на Эльвиру, сидящую рядом та, нервно теребила платочек, щеки ее были очень красными.
— А что, Айри, у тебя уже есть дети?
Да, наверное, — сказала Айрен. — Несколько раз уже было потомство, о его судьбе я не знаю. В основном оркосы, они как только появляются, сразу уходят в лес, сражаются между собой. Чем-то напоминает ритуал, который проходят щенки гнольфов. Выживает, наверное, один из десяти.
— То есть, ты совершенно не заботилась их судьбой? Как же ты это пережила?
— Честно говоря, я не знаю. Не думала об этом никогда. Меня это не особо заботило. Настоящее потомство — это когда эльф производит на свет эльфа. За таким можно и понаблюдать, пока он растет. Дней, наверное, двадцать, если хватит на это сил.
— Все понятно, спасибо, — сказала Эльвира и продолжила теребить платочек.
Она уже лет десять, помимо приютов для беспризорных
зверей, помимо питомника, где за не очень большую плату можно было приобрести породистых животных, также курировала несколько приютов, выбив у более высоко стоящих ангелоидов право на то, чтобы содержащиеся у них детеныши тагаев вырабатывали не энергию страданий, а энергию радости
для поддержания ангелоидов. При этом, конвертацию из энергию радости в энергию страданий она сама лично и некоторые другие ангелоиды перевыполняли в несколько раз. Именно поэтому ей никто и не отказывал. Думала она и про Конрада. Удивительно, что столь высоко поставленный ангелоид, архангел, если она не ошибалась, так спокойно общался с сатиром, с низшей феей, тем более делился с ней в подробности своего прошлого. С ей подобным ангелоидом Конрад бы наверняка не то что
разговаривать не стал, просто бы посторонился и обошел по большому кольцу, так что отношение Лизы к архангелу Эльвира разделяла полностью. Через три часа дороги, когда Айрен вся извелась, и ее несколько раз уже выпускали из повозки побегать по ближайшим лесам, наконец-таки процессия из трех повозок добралась до гор. Третья повозка тонированная, такая же темная, как Лизина, но с более крупными колесами присоединилась к ним совершенно неожиданно. Только замелькали различные
огоньки на одном из планшетов Лизы, она послала короткий сигнал и повозка встроилась между Лизиной и Никодимовой.
— А кто это там, — наконец, в конце пути спросила Айрен? — Только сейчас заметила, что эта повозка приехала вместе с нами.
— Да моя мать решила к нам присоединиться, — просто ответила Лиза.
Из повозки вышла Айрис. Айрен удивилась тому, как одета змея. Высокая обувь с рифленой подошвой, что-то вроде шубы из кожи с мехом на воротнике, рукавах и оторочке, небольшие металлические пластины на груди животей и спине, перекинутые через плечо,
небольшая винтовка и что-то вроде небольшого ледоруба в перекрестье к ней.
— Приветствую, хозяйка — замахала рукой Айрис, она была очень веселой.
