– Видишь наверху двери? Они ведут в маленькие спальни. Конечно, маленькими их можно считать лишь по сравнению с этими. А обставлены они точно так же: просторные кровати, старинные шкафы и обожаемые тетушкой Куин атласные стулья. В былые времена гости там тоже останавливались, но, разумеется, платили меньше, чем за проживание в большом доме.
Пока я рос, во флигеле жила и моя матушка, Пэтси. Она обитала там с тех пор, как я себя помню, и там же, на первом этаже, впервые начала музицировать. В левом крыле находилась ее студия. Но сейчас она больше не играет и давно уже перебралась в комнату передней половины дома, дальше по коридору. В последнее время она много болеет.
– Ты ведь ее не любишь? – спросил Лестат.
– Я очень боюсь ее убить, – признался я.
– Как-как? – Лестат не поверил своим ушам.
– Я очень боюсь ее убить, – пришлось мне повторить. – Я презираю ее, и мне постоянно снится, как я ее убиваю. Лучше бы мне вообще не видеть снов. Эта дурная мысль прочно засела в моей голове.
– Тогда пойдем, братишка, веди меня туда, где будет удобно поговорить.
Пальцы Лестата мягко сжали мою руку.
– Почему ты так добр ко мне? – спросил я.
– А ты привык, что люди к тебе добры, только если получают за это деньги? Ты и в Нэше никогда не был уверен на все сто? Думаешь, он любил бы тебя в два раза меньше, если бы не получал жалованья?
Он обвел глазами комнату, словно она могла многое ему поведать о своем хозяине.
– Большое жалованье и всяческие привилегии способны любого привести в смятение, – ответил я. – Думаю, деньги не всегда выявляют лучшие черты человеческого характера. Но в случае с Нэшем, мне кажется, все иначе. Он потратил четыре года на диссертацию, зато она получилась отличная, и после того как будут сданы все экзамены, мой учитель будет полностью удовлетворен. – Голос у меня дрожал, и я ненавидел себя за это. – Нэш почувствует себя независимым, и это хорошо. Он вернется и станет компаньоном тетушки Куин. Будет снова читать ей вслух. Ты знаешь, сейчас она уже не может делать это сама и будет в восторге от его присутствия. Я жду не дождусь, когда это случится, чтобы за нее порадоваться. Все это делается только ради нее. Нэш сможет возить ее, куда она только пожелает. К тому же он красив.
– Тебе придется столкнуться с большим соблазном, – произнес Лестат, окидывая меня прищуренным взглядом.
– О чем ты? – Я был потрясен и даже испытывал легкое отвращение. – Неужели ты считаешь меня способным насыщаться теми, кого люблю? Да, согласен, я совершил колоссальную ошибку со Стирлингом. Поступок мой не имеет оправдания. Стирлинг оказался так близко, что я был застигнут врасплох и испугался. Меня охватил страх при мысли о том, что Стирлинг, знавший меня раньше, обо всем догадается...
"Врасплох... Окровавленное свадебное платье... Окровавленная невеста... – проносилось у меня в голове. – Глупец, ты не имеешь права убивать невинных. А тем более невесту в ее свадебную ночь. Ты никогда больше не совершишь что-либо подобное".
– Я имел в виду не это. – Голос Лестата прервал болезненные воспоминания и вывел меня из задумчивости. – Идем. Посмотрим теперь твои апартаменты. Согласен? Там мы сможем поговорить. Кажется, ты занимаешь две комнаты у самой лестницы?
На меня снизошло чувство покоя, смешанное с радостным ожиданием. Быть может, эти эмоции внушил мне Лестат.
Я молча последовал за ним.
Мы прошли в мою гостиную, находившуюся в передней половине дома, и через открытые раздвижные створки дверей заглянули в спальню, где красовалась моя огромная королевская кровать с подбитым красным атласом балдахином. Такого же цвета стулья, мягкие и манящие, были расставлены в обеих комнатах. Между окон гостиной располагался письменный стол, а на нем – мой компьютер. Гигантский телевизор, к которому я был привязан как любой обыкновенный человек, стоял наискосок, возле внутренней стены.
По обе стороны от обеденного стола под газовой люстрой стояли два стула. Именно там я часто усаживался со всеми удобствами, чтобы почитать. А еще за этим столом я писал дневник, косясь одним глазом в телевизор. Именно здесь, а не в креслах перед камином, мертвым в это время года, я и хотел устроиться с Лестатом.
Едва войдя в комнату, я заметил, что компьютер включен.
Лестат почуял мою тревогу, а потом тоже увидел послание, набранное большими зелеными буквами. Оно проплывало по черному монитору: "НИКАКОГО ЛЕСТАТА".
От одного взгляда, брошенного на экран, меня словно ударило током. Я сразу подошел к компьютеру и выключил его.
– Послание от Гоблина, – констатировал Лестат.
Я лишь молча кивнул и замер, словно часовой, у компьютера, ожидая, что его вот-вот снова включат.
Но этого не случилось.
Чувствуя, как по телу пробегает весьма ощутимый холодок, я обернулся и где-то в подсознании отметил, что Лестат стоит по другую сторону центрального стола и наблюдает за мной. Но у меня не было сил как-то реагировать на это. Тяжелые шторы на окнах раскачивались, а стеклянные подвески и плафоны люстры под потолком начали позвякивать. В глазах у меня помутнело.
