14. Карься, Мара! Колотися, Мара! // Человечей житью, гробовою рытью // Полной мерой каждому отмери // Младу младеню, стару стареню // Благу — тиха, поконе живихом // Иншу — лиха воздай за гриха // Навьей костью, прахом погостья // Явися во красе али во страсе // Мора-глади, боли-лихоради // Люду не покини, Роду не отрини // Песком засевано, кругом обрывано // Нас обыди, от сего изыди // За черные мори, ледяные горы // Днесь прославима, лютость утолила!
15. Мара Маревна // Матушка гневна // Матушка Мара // Во Небеси стала // Мара Чернава // Шита, вита, брана // Мара Молода // Тёмная вода // Мара Хвороба // Земельна утроба // Мара Морока // Ходи от порога // Мара Хмуряна // Костями убрана // Мара ненастна // Ходи, да не часто // Мара румяна // Свята, окаянна // Мара Маранье // Встани на росстанье // Мара Недоля // До Тебя довольне!
16. Мара, Мара // Мати, Мати // Николи Тебя не знати // Сухи хворостья // Ходи до погостья // Мара люба // Ступа ступай // Наше люди не загуби // Люты холоды // Изведи невзгоды // Славься, Мати Мара // Днесе Твоя пора!
17. Ходи, води // Мара стужа // Ходи, води // Нас не недужи // Ходи, води // Мара Хвороба // Ходи, води // Несыта утроба // Ходи, води // В зиме сумеречной // Ходи, води // Да не суперечно // Ходи, води // Да на перепутьи // Ходи, води // А про нас забуди // Ходи, води // Всё без упокою // Ходи, води // От нас стороною!
18. Во требу Маре полагаемы: мясо сырое и мясо готовленное, сало, пиво, молоко и сытое, и кислое, хлеб и чёрен, и бел, и подгорелый, моркови и редьки.
19. Требой не обносить, но от всех собрати и, очистив, до Мары её вести. Не во огонь требу, а на костье насадить, а питья долу возлить, ко подножию древа.
20. Во огонь же покидать старые и порченные вещи тех, кто здесь, дабы погорели все невзгоды и хвори.
21. Запалить же от огнища ещё сук со тряпьём и им пред ликом Мариным провесть несколькожды, сии словеса при том возрекая раз за разом: «Маре-Матушке во честь да во славу, а нам Марой не поятыми быти, и да от хворей-невзгод очиститься!» А вслед, речи продолжая, пройти до каждого Родовича, что в обряде стоит, и провесть тем огнём близ лица и дланей его, також и себе содеяв прежде, абы спалить всяку недобрость. Сук же заворотить во огонь. Или иначе всё: запалить светоч и по ряду пустить, абы каждый сам над огнём руку подержал.
22. Во хвост обряду речь о Маре-Матушке сказания, о силушке Её, о деяниях, кому да в чём помогла, кого да как наказала.
23. А далее уж сами судите-рядите как делать — тихо обряд блюсти, во беседах и со думами, иль рядиться в саже сваляться, да игры в беса заводить, да колобродить со смехами многими.
24. Блага нам всем! Маре-Матушке — прославление!
Слава Роду!
[2001]
1. Во самую глухую полночь, при полном Месяце или при Месяце новом, когда на небе черно, уединись же во тихом месте, уставив прямо пред собой два зерцала, обративши их друг ко другу и по обе стороны от них запалив по две свечи, и кругом зачертись. Свой ум отреши и устреми взор недвижим в любое из зерцал, зря огненную стезю, идущую вдаль. Дыханье своё утишь и уравняй, взора не отрывай и зри, не мигая, телом же не шелохнись. И вот — явится видение тебе, разойдётся пелена ума, расступятся преграды зерцал —
НОЩНА МАТИ ВЗОР ОБРАТИ
ТАМО ГДЕ ТЫ — ПУТЬ ПОВЕДАЙ…
2. Во дальней дали, во лесной гари, во глухом бору, на сухом логу, на лысом холме, в дымной пелене диво деется — тын виднеется. Во сто сажён стоит воздвижён, полосами медными окован, гвоздями железными околочен, тыновья черны и востры, под небо упираются, а на каждой тычине по мёртвой головушке качается, все глазами своими темень вкруг освещают. Для тех, кто волей сюда пришёл, ища и стремясь, свет глаз тех — путеводен. Кто
ТЫНОМ ТЫНЫ ВЕКИ ДЛИННЫ
МАРА-МАТИ НЕ СПОКИНИ
ТЫНЫ-ВЕРСТЫ ЗАМКИ-КОСТИ
МАРА-МАТИ СВЯТА ГОСТЬЯ…
3. Крепки ворота во тыне том. Доски их дубовые ликами вида страшного изукрашенные, ледовой коростой покрытые, сажей закопчённые. Замки на воротах висят многих пудов, и нет ключа, чтобы открыл их, кроме слова тайного.
ВРАТА ВЫШНИ МАРЫ ТЫЖНИ
ЧАРЫ СИЛЬНЫ ОГНЕМ ВЗДЫМИ
СТВОРЫ-КРЫЛЫ ПЕТЛИ-ГРИВЫ
РАЗЛЕТАЙТЕСЯ РАССТУПАЙТЕСЯ
ВЕЩУ СЛОВУ ПРЕКЛОНЯЙТЕСЯ…
4. За вратами — терем высится, к небу близится, верхами выше облака ходячего, выше леса стоячего. Широко тот терем раскинулся — поперёк себя шире троих вёрст, из конца в конец за день не пройти. Сгинешь, едва за порог пройдёшь, сто путей там, горниц тысяча, заблудишься в миг, никуда не придёшь.
ТЕМЕН ТЕРЕМ ДИВЕН ДРЕВЕН
ПОДВОРЬЕ ЧЕРНО ПО МАРЕ-ДЕВУ…
