— Вообще-то, — сказал он, слегка помахав пальцем с таким видом, как будто эта мысль только что пришла ему в голову, — основание, по которому вы находились рядом с особняком, поначалу не имело никакого отношения к проституции, не так ли?
— Нет, не имело.
Я объяснил, в чем первоначально заключалось основание для ведения наблюдения за объектом, а именно: я расследовал убийство, у меня был подозреваемый и я хотел застать его с проституткой, чтобы иметь козырь, который поможет разговорить его.
— Похоже на хитроумный план, — улыбнулся Декремер.
Когда адвокат делает комплимент, будьте начеку. Возможно, он уже приготовил гильотину, которая снесет вам голову с плеч.
— Спасибо, — проявил акт вежливости я.
— Итак, у вас был подозреваемый в убийстве, и неделей раньше вы видели, как он заходит в особняк, поэтому ваш план заключался в том, чтобы застать его… скажем так, в компрометирующей ситуации, да?
— Верно.
— Вынашивая план целую неделю, вы, однако, не обратились к судье за соответствующим ордером.
— Нет, не обратился.
— И не попросили офис прокурора штата помочь вам получить такой ордер.
— Нет, не попросил.
— Вы не сделали этого потому, что не собирались открывать уголовное дело против подозреваемого за связь с проститутками. Вас интересовало нечто большее, а именно убийство.
— Именно так.
Декремер кивнул и бросил взгляд вниз, на свои блестящие туфли «Феррагамо». На сегодняшних слушаниях не было присяжных. Если дело перейдет к стадии судебного заседания и в зале появятся двенадцать присяжных, он уже не будет щеголять в туфлях за тысячу долларов. Он попытается одеться так, как одеваются простые люди.
— Если бы вы
— Протест.
Эми Лентини приподнялась со стула. Она знала, что вопрос вполне корректен, но попыталась слегка нарушить ровный ход рассуждений адвоката и заодно дать мне сигнал — если я сам не почувствовал, — что ситуация становится опасной.
— Может, и обратился бы, — сказал я после того, как судья отклонил протест. — Но вы пытаетесь представить все так, как будто у меня имелся заранее продуманный подробный план. А его у меня не было. Я просто искал возможность прищемить хвост подозреваемому в убийстве. Я увидел такую возможность и воспользовался ею. А еще попросил о помощи нескольких коллег-детективов. Вот и все.
Декремер кивнул, давая понять, что ожидал подобного ответа. На самом деле он такого ответа не ожидал, и слова Билли ему не понравились, но он ни в коем случае не признается ни в одном, ни в другом. Такие адвокаты, как он, всегда ведут себя как ни в чем не бывало.
— Вполне разумно, — согласился он. — Давайте поговорим о том, каким образом вы узнали, что в особняке располагается публичный дом.
— Позвольте мне разобраться, правильно ли я понял, — продолжал Шоу Декремер. — Неделей раньше вы следили за своим подозреваемым. Видели, как он вошел в особняк, а через час вышел оттуда.
— Да.
— Вы пробыли некоторое время возле особняка и понаблюдали за ним.
— Да.
— Вы видели, как из здания вышли несколько привлекательных молодых женщин, одетых в провокационной манере.
— Да.
— Но вы не видели, что происходило внутри.
— Нет.
— Ни одного человека.
— По-моему, я только что ответил на вопрос. У меня не было с собой рентгена, и я не мог видеть сквозь стены. Я находился снаружи здания.
Такой ответ моего адвоката вполне устраивал. Эми Лентини начала вертеть в руках карандаш.
— Затем вы еще пару раз наблюдали за особняком в течение следующей недели.
— Да, именно так. В течение недели я два раза парковался на той улице и вел наблюдение.
— И картинка была та же. В здание входили немолодые мужчины. Затем наверх поднимались провокационно одетые женщины.
— Верно.
— Вы наблюдали, как кто-нибудь из них занимался сексом?
— Конечно нет.
— И заметили процесс передачи денег?
— Не заметил.
— Вы не видели, на какой этаж шли эти люди, не так ли? Здание ведь трехэтажное.
— Нет, не видел, но вооруженный охранник встречал каждого из гостей у входной двери. Женщин он просто пропускал внутрь — как будто давно с ними знаком. Что касается мужчин, то он проверял их личности по списку в планшете. Мужчины низко опускали головы и явно не хотели быть узнанными, они проходили секретную процедуру идентификации — следовательно, они приходили туда отнюдь не для того, чтобы навестить больную бабушку.
— Но вы все же не видели, чем они занимались внутри здания…
— Мужчины заходили в здание один за другим, а некоторое время спустя в таком же порядке один за другим выходили, мистер Декремер. Женщины же оставались в особняке в течение всего вечера. Большинство мужчин проводили в здании ровно один час — прямо как по расписанию, — но некоторые задерживались на два часа. Затем они покидали здание и вели себя так же настороженно, как и при входе. По вашему, это было тайное собрание масонов? Или, может, тапперуэровская вечеринка?[63] Вполне возможно, но мне особняк показался похожим на публичный дом.
