- Они полюбят тебя так же, как я, - ответил Каз. - Уже полюбили. Слухи о твоей силе разошлись быстро после неудавшейся свадьбы с Эллен. Все, кто выступает протии короля, любимы народом. Ты должна это знать. Но на коронации, пожалуй, крюк лучше снять.
Я не сдержала улыбки, но Каз был прав. Я с детства терпеть не могла короля. И была бы рада любому, кто восстал бы против его правления.
Послышался стон и удар. Я развернула Адила и увидела, что один из людей Муштана помогает вернуть Эллен на верблюда. Она почти потеряла сознание. Саша сидела за ней и приложила к ее губам флягу с водой. Сердце сжалось. Не все освоились в таком климате, а путешествовали мы уже долго. Я подождала, пока верблюд Саши поравняется с нами.
- Как она? – спросила я.
- Обезвожена и устала, - ответила Саша.
- Я ее исцелю, - ответила я.
Саша нахмурилась и вздохнула.
- Только осторожно.
Я прижала ладонь к ее лбу и подумала о холодном воздухе в Хальц-Вальдене. Я думала о море в Цине и запахе хвои леса Ваэрг. Эллен заерзала на седле, глубоко вдохнула и открыла глаза.
- Что случилось? – спросила она.
- Ты упала, - ответила я, голова после исцеления немного кружилась. – Но теперь тебе лучше.
- Сколько еще? – она смотрела на меня умоляющими синими глазами.
Я крепче вцепилась в поводья Адила, избегая ее взгляда. Как ответить, если я даже не знаю, где мы?
- Мы скоро прибудем. Обещаю.
Я повела Адила дальше, сердце билось быстрее.
- Мей, - сказал Каз.
- Я знаю, что ты хочешь сказать. Не обещай того, что не выполнишь.
Ему не нужно было отвечать. Мы оба это знали. Но я была слабой. Я хотела дать ей надежду. И себе. Мне нужно присутствие Эйвери. Я должна знать, что она мне поможет. Но ее не было.
Я взглянула на синее небо. Нам нужна вода, но я не смогу управлять дождем, если призову его. Если я переменю погоду, опять будут потоки воды, а это опасно.
Вечером остановка была почти бессмысленной. Еды почти не осталось. Я отдала половину финика Эллен, а еще – немного воды. Это ее слегка приободрило, но она оставалась слабой. Я не хотела этого признавать, но и сама была не в лучшей форме. Спина и ноги болели от постоянной езды. Мы все похудели. Ключицы выпирали у меня, а у Каза – скулы. Многие Борганы сидели, обхватив головы руками, почти сломленные.
Муштан созвал всех, и мы продолжили путь на уставших верблюдах, двигаясь по прямой. Мы были лишь уставшими путниками с павшим духом.
- Мы долго не протянем, - тихо сказала я.
Каз крепче обнял меня.
- Это еще не конец. Я верю в тебя.
- Хотела бы я верить.
Меня отвлек голос Боргана.
