— Пойдемте со мной. Быстрее!
Анни кивнула.
«Ингольф. Такую фамилию носят герцоги на юге. Как тут все интересно…»
Они пересекли зал. Женщина приложила ладонь к каменной стене, за которой оказался совершенно обычный кабинет.
— Читайте, — достала она из сейфа пачку бумаг. — Ваш контракт. Обратите внимание на пункты о неразглашении.
Что-то грохнуло. Стены качнулись…
— Подписывать придется кровью.
Холодный металл рычагов управления медленно нагревался под уверенной рукой — сургенг стремительно набирал скорость. Суровый, неприветливый край всегда был удивительно созвучен самым глубоким, самым потаенным уголкам души. Почему-то именно здесь он чувствовал себя…дома. Своим.
— Сын… Ты женишься когда?
— Отец, ну, ты нашел время! — Дан Айварс поджал губы.
— Тебе всегда не время, — ворчал наместник. — Как и братьям твоим. Мама нервничает. Я, знаешь ли, не люблю, когда она переживает. Все больше — когда любимая радуется.
— Ты меня сдернул с места службы! В глушь, где добровольно живут только лишь полярные медведи и род Айварсов.
— Вот не надо на Север!
— Я люблю Север, но это правда. У нас к тому же диверсия.
— Не первая и не последняя.
— Мы несемся, не зная, не рухнет ли все к ледяному Храону, а ты спрашиваешь: когда я женюсь?
— Да.
— Отец. Ты бесподобен.
— Не меняй тему. Привез девушку — женись.
— Если ты не понял, я собирался жениться на другой. Я влюбился, между прочим.
— Да вы познакомились всего месяц назад, когда тебя ко двору вызвали.
— С госпожой Лаапи — и того меньше.
Дан Айварс вздохнул. Любовь к трогательной, нежной и прекрасной Илзе, вспыхнула в его черством сердце так внезапно, так неожиданно… А потом исчезла — легкими снежинками Севера.
Удивительно.
Что это было?
Весна? Потребность в тридцать пять ощутить, наконец, то, что он никогда не испытывал? До того, чтобы писать стихи и мучиться бессонницей он, хвала северным богам не дошел, но… Жениться собирался всерьез. Быть преданным до последнего вздоха. Дать свое имя. Но стоило лишь заговорить о том, что он не собирается оставаться в столице, и солнце любви Илзе зашло за снежные вершины. Те самые, которые он собирался бросить к ногам единственной и неповторимой.
А потом — бумаги, отставка, перевод на Север. Совещания с королем, программа обеспечения региона, разработка артефактов, сборы, закупки. На «земле Айварсов» творилось что-то неладное — отцу нужна была помощь.
Ильзе не предупредила, что разрывает помолвку. О любви они тоже… не говорили. Его невеста устроила трогательное представление на вокзале — такое же нелепое, как она сама.
Он попытался представить ее в роли спутницы жизни. Вот, к примеру — вздрогнула земля Севера, как сейчас. Как бы вела себя его супруга? Он вспомнил маму. Ее встревоженное лицо. Как она, кивнув мужу с сыном, потянулась к амулету связи. И можно было быть совершенно уверенным в том, что она все организует. Людей разместят и накормят. Все будут при деле. Никаких постановочных обмороков, которые наверняка устроила бы Илзе. Устроила бы! А ему как в глаза родителей смотреть? И почему он об этом не задумывался? Ни разу?
Похоже, этой весной он просто немного сошел с ума.
Мысли эти, как, впрочем, и разговоры, не мешали ему вести сургенг к Ледяному морю на немыслимой скорости. Туда, откуда поступил сигнал о прорыве защиты. Они надеялись, что успеют. Что долетят.
— И как ты думаешь, кто это? — спросил он у отца.
— Да что тут гадать? — улыбнулся отец.
Посмотреть на старшего Айварса — так вся эта чрезвычайная ситуация доставляла лорду удовольствие. Такое же, как разговоры о предполагаемой женитьбе старшего сына.
— Наши южные соседи — натуры предприимчивые, — сургенг подпрыгнул, и отец взялся за ручку. — Поняли, наконец, что им не удастся разжиться магией рода Айварсов — и решили все уничтожить.
— Ну, это мы еще посмотрим.
Дан развернул сургенг. Их вынесло к пологому берегу, на который лениво накатывали волны — и, если бы не сосредоточенные, напряженные лица магов — ничего бы не говорило о том, что происходит что-то плохое.
Айварсы переглянулись. Дан опустился на одно колено, стряхнул перчатки и приложил ладони к ледяной земле. Она дрожала, будто в лихорадке.
— Ну же, — ласково проговорил он, словно успокаивая.
— Прорыв, ваше сиятельство! — докладывал один из боевиков, — Трещина в защите. Взрыва, нападения диких и землетрясения не было. Ищем. Не можем понять, что именно послужило…
Тряхнуло так, что они с трудом удержались на ногах.
— Наши обследуют океанское дно в предполагаемой линии разлома. Пока ничего.
— Дно, — вздохнул Дан. — Это там. Что-то подложили. Я чувствую. Костюм мне!
Он скинул арлап. Перед глазами вдруг появилось трогательное, немного смущенное личико Анни, которая пыталась вернуть ему теплую одежду. Сердце сжалось от того, что девчонка, возможно, в опасности. С другой стороны — кто ж ее отправит в самое пекло? Сберегут.
Раздевшись окончательно, лорд поежился. Ветер кусал обнаженную кожу. Протянул руку — маги вложили в его ладонь кристалл. Едва сжав его, Дан Айварс оказался покрыт темно чешуей. Несколько шагов — и наместник бросился в воду.
