— Почему ты не любишь, когда тебя называют полным именем?
— Так всегда называл меня Кларк. И меня уже просто тошнит от звука собственного имени, потому что кто бы не назвал меня так, я всегда слышу его голос.
— Ты не ответила: чем ты увлекаешься?
— Тяжело ответить. Единственное, чему я не изменяю — это хорошие книги. Была попытка ходить в драм кружок. Но долго я там не пробыла.
— Почему? Поняла, что больше тянет в спорт? — хмыкнул Дэн.
— Нет, меня оттуда выгнали.
— За что? — изрядно удивился мой собеседник.
Я хихикнула вспомнив случай, который произошел со мной в шестом классе.
— Мне дали роль какой-то принцессы. Я уже и не помню точно. И я должна была выступать на сцене в костюме принцессы, как и положено: розовое пышное платье в пол, куча блесток, бантиков и рюшек. И мне оно категорически не нравилось. Я решила его немного исправить. Результат, лично мне, очень нравился, а вот моей учительнице мой финальный образ пришелся не по душе. За это она меня и выгнала.
— А что ты такого сделала? Испортила школьное имущество?
— Да нет. Просто образ получился слегка… экстравагантный. Я обрезала платье почти под мини и закрасила его черным баллончиком. В то время моим любимым мультиком был «Труп невесты». Но вот мою учительницу синий парик и «трупный» макияж почему-то не впечатлил… А жаль! Я столько сил потратила на это!
Дэн захохотал, видимо, очень красочно представляя маленькую готическую меня. Я улыбнулась.
— Вот так. Пробовала еще гончарский кружок, макраме и даже клуб юных химиков, но меня хватало максимум на две недели.
— Похоже, что я не ошибся, по поводу пакостных мыслей в твоей голове. — сквозь смех проговорил он.
Я возмущенно фыркнула и пихнула его плечом. О чем тут же пожалела, потому что ощущение было такое, будто с разбега налетела на стену.
— Непрошибаемый какой-то… Неужели ты никогда никому не подстраивал гадостей?
Парень пожал плечами.
— Мелким вредительством не страдаю.
— Только масштабными выходками! — хихикнула я.
— Об этом история умалчивает. — хитро прищурился он.
Осень тут ранняя. Верхушки деревьев уже заметно пожелтели и покраснели. Земля понемногу укрывалась ковром из листьев и шишек. Ночи стали холоднее. Не люблю эту пору года.
Неожиданный порыв ветра взъерошил мне волосы и я поежилась от холода. Дэн, заметив это, снял с себя куртку и набросил мне на плечи.
— Ты ведь замерзнешь. А потом заболеешь и в этом буду виновата я! Не нужно таких пожертвований.
Он посмотрел на меня, как на… девушку с не очень высоким уровнем интеллекта.
— Не ерунди. Я не замерзну и тем более не заболею.
— Закаляешься что ли по утрам? — спросила я, прикусив губу, что бы не засмеяться. Я прямо представила, как Дэн засовывает себе под рубашку кубики льда и сидит в ледяной ванне, клацая зубами от холода.
— Нет. Естественный иммунитет и горячая кровь. — ответил он, явно на показ запуская руку в волосы.
Я украдкой вдохнула запах куртки. Пахла она головокружительно хорошо! Не одеколоном и не духами, а каким-то естественным запахом. Это был его личный запах.
На мое плече легла рука.
— Подожди. — сказал он.
Послушно остановилась и повернулась к нему. Желудок успел три раза перевернуться и в нем подло начали летать бабочки. Ноги сразу сделались ватными. Рука Дэна с моего плеча вверх по шее поднялась и зарылась в волосы. Я в трепетном ожидании затаила дыхание…
— У тебя листик в волосах. — сказал он, демонстрируя мне чертов листик.
Меня словно пыльным мешком по голове ударили! Я уставилась на свои сапоги, почувствовав, как краснею.
«Олдэм, такой идиоткой можешь быть только ты!»
Мда, уж… Очередной промах.
Тряхнув головой, попыталась стряхнуть несуществующие листья.
— Спасибо. — как можно спокойней постаралась ответить я.
— Так мы будем продолжать или нет? — спросил Дэн.
Я с изумлением уставилась на него, не понимая, о чем он говорит. Неужели…?
— Факты биографии.
Ах да. Конечно.
— На чем мы там остановились?
— На маленькой девочке в черном платье и синем парике.
— Твоя кстати очередь.
— Спрашивай, что тебя интересует.
Я призадумалась. И тут же вспомнила одну интересную вещь.
— Что это за татуировка у тебя на спине?
— Это геральдическая черная лилия.
— Я подумала, что это верхушка копья. А это оказывается цветок. — пробурчала я себе под нос.
— И цветок, и не совсем цветок. — ответил парень.
— Что она значит? Или буйная молодость? — не удержалась, чтобы не съехидничать.
— Цветок черной лили — символ человека, потерявшего душу.
От чего-то я поежилась. Слишком уж часто в разговоре этого парня, который больше похож на тайную эротическую мечту каждой девушки, чем на обычного школьника, фигурирует мрачный символизм. Сколько раз он употребил слово демон или дух? Вряд ли сейчас сосчитаю. Может, он из этих странных чудиков, которые тусуются на кладбищах?
Я хмыкнула собственным мыслям. Потому что, если это его единственный недостаток, то… это и не недостаток вовсе!
— Для чего ты ее сделал? — осторожно спросила я.
Неожиданно обнаружила, что Дэн нахмурился.
— Скажем так: это из ряда тех вещей, которые я тоже пока не готов открыть тебе.