Черная Мельница полностью

Юрий Брезан

ЧЕРНАЯ МЕЛЬНИЦА

Крабат лежит в яме на опушке букового леса, зарывшись по шею в сухие листья - ночи в октябре холодные. Он и знать ничего не знает о том, как судачат о нем люди, он озяб и очень хочет есть. Лежит и от нечего делать разглядывает звезды над головой - одни серебристые, другие красноватые. Почему, к примеру, вот эта звезда - яркая, беспокойная - повисла нынче прямо над ним? Десять дней назад вспыхивала где-то левее, у самого края неба. Крабат не сводит глаз со звезды: хочет проследить, как она движется. Звезда стоит на месте, но небо вдруг меняет свой вид.

Теперь это уже не твердый свод, на котором висят лампы-звезды; теперь это огромная черная яма, в которой плавают золотые рыбки. Крабат на миг зажмуривается, и небо вновь кажется сводом. Но Крабат уже не верит в его твердь. Он хочет вновь увидеть черную яму. Наконец это удается, и тогда Крабату чудится, будто его засасывает в темную бездну.

Проснувшись наутро, он ничегошеньки не помнит о своем полете к звездам. Смотрит - листья под ним белы от инея, мох вокруг за ночь поседел. Нахохлился Крабат, дрожит от холода. Но тут взошло солнышко, и через час от инея и следа не осталось - солнце слизнуло. Снег вроде бы не шел - а все бело, языка у солнца нет - а иней слизывает.

Решил Крабат немного побегать. Согреться согрелся, но голода не утолил. На кустике ежевики еще висели ягоды. Набралось с пригоршню - пустяк, конечно; но, если хорошенько поискать под ореховым кустом, наберешь еще и орехов. А все вместе уже похоже на сытный завтрак. После такой еды и ноги легче шагают, и душа песенки поет - чувствует, что день сегодня удачный.

Может, даже зайца поймать удастся. Вдруг заяц так заспался, что и не услышит, как ты подойдешь и схватишь его за уши. А то и удерет, да спросонок в дерево врежется.

Ты когда-нибудь видел, чтобы заяц врезался в дерево? - спрашивает сам себя Крабат. Видеть, конечно, не видел, но если б такой заяц сыскался да я б на него набрел...

Крабат весело засмеялся и, взобравшись на вершину небольшого холма, оглядел окрестность. Что-то нигде не видать зайца, который бы сам на жаркое просился.

А солнце уже выкатывается на вершины деревьев.

Залюбовавшись раскаленным докрасна шаром, который всегда горит, но никогда не сгорает, Крабат начисто забывает о зайце. Он не отрываясь глядит на алое пламя, пока глаза не начинают слепнуть. Но слепит его не солнце. Глаза ему застилают тысячи вопросов, загадок и тайн, днем и ночью не дающих покоя.

Тут на память пришло ему древнее поверье: стоит где-то на краю света железный сундук о семи замках, и сторожит тот сундук большой серый волк. В сундуке спрятано Знание. Кто одолеет волка, тот разгадает все загадки, отыщет ответы на все вопросы и все тайны ему откроются.

И Крабат спустился с холма.

Кто все знает, у того не жжет грудь, словно внутри у него солнце.

За кустом можжевельника спал заяц. Крабат даже испугался такого везенья. Осторожно ступая, он подкрался поближе: заяц спал. Еще шаг, второй, третий... А заяц вдруг вскочил и помчался - нет, не помчался, а неловко заковылял, словно у него лапы покалечены, но семь раз подряд сумел он увернуться от Крабата. Бежит заяц к спасительному лесу. А Крабат за ним, да во весь дух, так что искры перед глазами пляшут. А заяц уже нырнул в тень мощных буков. Еще немного, и чаща надежно укроет его от Крабата. Напряг Крабат все силы, прыгнул да с размаху на дерево и налетел. Все звезды ночного неба искрами посыпались из глаз. А заяц - то так в дерево и не врезался, подумал он и засмеялся.

Лес ответил ему раскатистым хохотом. Крабат поднял голову: стоит перед ним человек и тоже смеется.

"Привет зайцелову!" - говорит человек.

Сразу видно, что ему за зайцами бегать не приходится.

Он выдергивает руку из-за спины: в ней заяц.

"Ты за ним гнался, я его поймал, - говорит человек. - Мы поделим его поровну".

Крабат даже подпрыгнул от радости.

"Половина зайца - все равно что целый! - говорит он. - Я разожгу костер".

"Погоди-ка! - говорит человек. - Сперва сдери с него шкуру!"

Никогда еще Крабату не удавалось так быстро освежевать зайца - тот будто сам выпрыгнул из шкуры.

"Теперь выпотроши его!" - приказывает незнакомец.

Крабат принялся потрошить зайца, а закончив, увидел, что буковые поленья уже дружно горят - не слишком ярко, не слишком тускло - в самый раз.

"У тебя любое дело спорится!" - восхищается Крабат.

"Кто все знает, тот все может", - отвечает чужак. Он вынимает из кармана две коробочки - одну с солью, другую с перцем - и ловко солит и перчит тушку.

Соорудив несложное устройство из веток орешника, Крабат жарит зайца над костром.

Чужак вынимает из-за пазухи длинный белый хлеб и, разломив его, половину протягивает Крабату. Да и зайца делит с ним прямо-таки по-братски. Крабат дочиста обгладывает каждую косточку, аккуратно подбирает хлебные крошки и, блаженно потянувшись, говорит: "За всю жизнь не едал ничего вкуснее этого зайца!"