По просьбе руководства лагеря он перевел на английский, испанский и французский устав НФОП. Ильич органично вписался в армейский порядок лагеря, демонстрируя дисциплинированность и революционный энтузиазм. Поэтому его раздражали европейские леваки, которые привыкли к анархии под видом свободы. К тому же они не отличались хорошей физической формой, зачастую вели себя как капризные дети. Получивший навыки в обращении с оружием и взрывчаткой на Кубе, Карлос выглядел среди них как профессор.
В один из дней лагерь посетил Вади Хаддад. Создание международной террористической сети требовало достаточного количества людей, и прежде всего лидеров. Именно для этого и создавался интернациональный лагерь молодежи. Венесуэльца ему рекомендовали как одного из самых перспективных кадров.
Хаддад расспросил молодого человека о семье, об учебе в Москве и на Кубе.
– Мы с Хабашем и Арафатом встречались с Че Геварой в Алжире, – с теплотой стал вспоминать старший товарищ. – Мы тогда были все вместе. Че изложил нам теорию герильи – войны партизан против огромной армии. Герилья, объяснял он нам, «это война слабых против сильных, безнадежно малого числа повстанцев против значительно превосходящих сил противника. Сила повстанцев в том, что у них решительно ничего нет – нет даже надежды на успех борьбы. Лишь тот, кто готов умереть в борьбе, может считать оправданным лишение жизни других. А противнику есть что терять: имущество, блага, привилегии, безопасность, собственную жизнь, которой он дорожит, а также жизни тех, к кому он привязан или за которых в ответе».
– Это очень важные слова, – сразу загорелся Карлос. – Но это стратегия, а какова цель нашей борьбы здесь?
– Уничтожение Израиля и создание революционной Палестины будет лишь первым шагом в битве, объявленной нашими учителями Че Геварой и Мао Цзэдуном. После этого, – наставлял Хаддад молодого соратника, – мы снесем феодальные арабские троны, а затем распространим нашу революцию по всему миру. Ты готов принять наши цели и идти с нами дальше?
– Да, учитель. Разрешите мне вас так называть.
Они встречались и беседовали еще не один раз. Наконец, в один из дней палестинец определился.
– Мне нужен человек, который сможет пробраться в самое логово врага, в Израиль, разведать, что творится на границе с Иорданией.
– Я должен буду тайно перейти границу?
– Нет. Как лазутчик и диверсант ты еще не готов. У меня есть люди, которые могут незаметно пробираться через пустыню, сутками лежать, зарывшись в песок, выжидая удобного момента. У тебя другое преимущество – иностранный паспорт, европейский внешний вид, знание языков. Ты сможешь попасть к сионистам легально, скорее всего, через Францию. Ты же там бывал, и у тебя есть виза.
– Совсем недавно, учитель. Под какой легендой я смогу побывать в приграничных районах? Там наверняка усиленные проверки иностранцев.
– Как бы ты действовал, Ильич? – Хаддаду было важно понять, как мыслит выбранный им кандидат в разведчики.
– Самое убедительное, наверное, если я буду кого-то искать. Например, родственника или товарища. Хотя лучше всего, если я буду искать девушку. Так убедительнее и не требует документального подтверждения родства. Встретил в Париже девушку, влюбился, она уехала в Израиль, точный адрес не оставила. Молодой влюбленный юноша ищет возлюбленную. Наши товарищи во Франции смогут подобрать правдоподобную кандидатуру?
– Это им по силам. Мне нравится твой вариант. Время не терпит, сионисты что-то замышляют. День тебе на сборы и отправляйся на берега Сены.
Советская разведка провела внедрение в экстремистскую молодежную среду Европы нескольких сотрудников с нелегальных позиций для отслеживания и использования в своих целях. Наибольшей результативности удалось добиться старшему лейтенанту Юрию Цыганкову – позывной «Батый». В период формирования террористической организации «Группа Красной армии» в Западном Берлине ему удалось войти в руководство структуры. ГКА провела несколько активных мероприятий, не подозревая, что они инспирированы советской разведкой. Во время атаки на штаб-квартиру НАТО в Гейдельберге Батый был ранен. После излечения он вернулся в Германию. Теперь он использует документы прикрытия на имя Удо Шефер. В палестинской террористической организации ФАТХ, где он стал представителем Германии, он известен под именем предпринимателя Юсуфа Бируни.
Спустя некоторое время после возвращения Батый получил вызов на встречу от руководителя советской резидентуры. У Берлинского зоопарка есть одно важное качество – он как магнит притягивает людей, поэтому в скверике рядом с ним довольно тихо и малолюдно. Двое мужчин облюбовали лавочку в стороне от любопытных глаз.
– Как здоровье, Удо? – первым делом поинтересовался старший.
– Да нормально все. Готов выполнить любой приказ руководства. – Нелегальному разведчику, с одной стороны, было приятно слышать, что начальник обеспокоен его состоянием здоровья, с другой – он хотел показать, что эта тема для него закрыта.
– Тогда доложи обстановку.
