Черная Пантера полностью

— Я сдаюсь, — слабо произнес он.

Т'Чалла, пошатываясь, поднялся на ноги. К нему подошел Зури. Победитель окинул расфокусированным взглядом трибуны вокруг Арены Испытаний, которые еще несколько секунд назад неистово скандировали его имя, а теперь застыли в молчании.

— Ваканда навсегда! — принц вскинул в воздух руку со сжатым кулаком. Толпа взорвалась криками одобрения.

Зури встал рядом с Т'Чаллой, поднял вверх его вторую руку и произнес:

— Представляю вам нового короля Ваканды — Т'Чаллу, Черную Пантеру!

Арена буквально забурлила: весь народ приветствовал своего правителя. Небо озарилось праздничным салютом.

Т'Чалла оглянулся на М'Баку: тот выдернул из ноги копье, отбросил его в сторону и потащился по направлению к пещере — выходу с Арены, откуда он и явился ранее в сопровождении соплеменников. А они и не подумали поздравить Т'Чаллу с заслуженной победой.

Но новопровозглашенный король не придал этому оскорбительному поведению особого значения и переключил свое внимание на граждан Ваканды. Ему предстояло решить куда более важные вопросы. Теперь это были его работа, право и судьба — защищать страну, служить ей и управлять ею.

Той ночью Т'Чалла вновь вернулся в Зал Королей. Его раны были перевязаны, а дух воспрял. Зури ждал правителя, стоя рядом с церемониальным сосудом с Арены Испытаний и сердцевидной травой, принесенной вместе с куском земли, из которой она росла.

Зури поклонился:

— Ваше величество.

Т'Чалла поклонился в ответ, и по его телу пробежала легкая дрожь, когда он услышал это обращение, направленное к нему.

Ваше величество.

Зури выдернул траву из земли и выжал из нее сок в церемониальный сосуд. Жидкость, попав внутрь, начала слегка блестеть.

— Вы заслужили право вернуть себе силы Черной Пантеры, которые даются каждому вакандийскому правителю на протяжении столетий, пока он не посчитает нужным передать эту мощь следующему поколению, как ваш отец передал вам, — Зури вручил сосуд юноше. — Выпейте — и ваши силы вернутся.

Т'Чалла взял в руки церемониальный сосуд и осушил его. Уже через несколько секунд он почувствовал, как в его венах пульсирует знакомая сила. Пульс резко ускорился, сердцебиение отдавалось в ушах, и юноша почувствовал, что его шатает. Шаман положил руку на плечо новоиспеченному правителю и помог ему лечь на землю.

— Расслабьтесь, — инструктировал его Зури. — Сейчас ваш дух покинет тело и отправится на планету предков, как это традиционно происходит во время коронации. У вас будет аудиенция у Черных Пантер и королей, которые занимали трон Ваканды до вас. Распорядитесь полученными знаниями с умом, ваше величество.

Т'Чалла почувствовал, как мир вокруг вращается и падает куда-то, а его окутывает тьма.

Когда Т'Чалла открыл глаза, то увидел, что находится не в пещере. Звезды над головой светили невероятно ярко и, казалось, вращались вокруг своей оси. Высокие акации окаймляли поле, на котором он лежал, трава мягко покачивалась из стороны в сторону под дуновением легкого ветерка. Т'Чалла поднялся на ноги и увидел множество пар сияющих желтых глаз, направленных прямо на него. Его окружали гигантские кошки, и их черные как смоль шкуры сливались с ночной темнотой. Это были духи Черных Пантер. Юноша обернулся, и на его глазах выступили слезы: он заметил среди предшественников знакомую до боли фигуру.

— Баба… — прошептал он.

Невдалеке стоял дух отца, одетый в полное королевское облачение. Рядом с ним мелькала тень — более юный Т'Чака в костюме Черной Пантеры. По мере приближения эти двое слились в одну фигуру. Т'Чалла крепко обнял отца.

— Мой сын, мой король, моя Черная Пантера, — произнес Т'Чака, гордо улыбаясь, — я ни секунды в тебе не сомневался.

— А я сомневался, Баба. Прости меня, но на Арене Испытаний я поддался слабости, — признался Т'Чалла.

— И что же развеяло твои сомнения? — спросил Т'Чака.

— Крики людей, моего народа. Я не мог предать и разочаровать его, — ответил юноша, вспомнив свои мысли на арене, когда он был практически уверен, что М'Баку победил, до тех пор пока возгласы вакандийцев не заставили его воспрять духом.

Т'Чака вновь улыбнулся:

— Запомни это чувство, сын мой. Ты прав, теперь это твой народ, и он будет ждать от тебя указаний. Путь правителя долог и тернист. Будет еще много моментов, когда придется решать трудные вопросы. Ты думаешь, у меня не было таких же минут кризиса, когда я сомневался в себе и долго не мог решить, что же будет лучше для нашей страны?

Т'Чалла слушал отца с удивлением. Для него Т'Чака всегда был образцом сильного правителя, на которого он смотрел снизу вверх, кем восхищался и кого идеализировал.

— Серьезно? — скептически переспросил он.

— Конечно, — ответил Т'Чака. — Я окружил себя мудрыми советниками, старейшинами, а также прислушивался к мнению твоей матери. То, что ты никогда не был свидетелем моих сомнений, помогало мне быть успешным и направлять тебя.

— Ты слишком рано ушел от нас, Баба. Я не уверен, что готов занять твое место.

Т'Чалла умоляюще посмотрел на отца.

Тот положил обе руки на его плечи и взглянул сыну прямо в глаза, заглядывая в самую душу: