- Не круг, а беличье колесо, товарищ Брагин! - отпарировала Нина, не любившая у Сергея этот начальственный тон, к которому он иногда прибегал при старших по должности, видимо, из желания показать соблюдение всех лестничных ступенек субординации. - Если бы я была уверена, что ружье у Маркеловны действительно стреляет, то применила бы его не ночью, а днем, чтобы не промахнуться!.. Я отбила бы кое у кого охоту командовать и лезть со своим... ангельским ликом в чужой огород. - Нина выскочила за порог, оставив Фомку на шкафу. - На старухах вздумали вымещать. Припадки бдительности!.. Разрешите, Чары Акмурадович, я пойду узнаю и доложу товарищу Брагину!..
Ворвался ветер и с ним вместе влетели мягкие хлопья второго, такого же растрепанного и смутного выстрела, каким обычно отплевывается старенькая двустволка.
- Вот теперь - прицельный выстрел... В нашу сторону, Сергей Денисович! - безошибочно определил Чарь: Акмурадов, сразу же утратив свою завидную выдержку. - Не будем ждать, пока мушкет перезарядят!
Спокойнее всех оказался пушистенький Фомка. Он вовсе не испугался, повел ушами и угомонился на уголке шкафа, пошевеливая испачканным в чернилах хвостом, Нина взглянула на котенка, и почему-то вспомнила в эту минуту дурашливый разговор Мурадика... с цепным псом Акбаем. "Не смотри так, Акбай! - крикнул Мурад на дружка и добавил: - тетя Нина, Акбай смотрит и как будтс думает, что он человек, а мы - собаки..." Похоже, что и Фомка сейчас так же думал о стрельбе людей. Нина посмотрелась на ходу в стеклянную створку шкафа и устыдилась своих вздорных мыслей о котенке.
Она выбежала во двор навстречу ветру и темноте, чтобы доказать Брагину и другим, что на ее участке ничего позорного произойти не может. Сбежав с лестницы, Нина от фонаря метнулась к водонапорному баку, за котельную, к аляповатой кустарной установке по переработке бишофита. Под фонарем перевела дух и окунувшись в темноту, устремилась к Семиглавому Мару, чтобы оттуда спуститься к озеру. Под яром, в озерном распахе мигали огоньки, обозначавшие каёмку железной дороги и дренажные стойки. Внутри железного океана, как спящие свиньи, пузатились мешки с сульфатом, который был собран машинами ленинградца Волкова и старателями последнего из могикан - ручниками бригады Ширли-ага. Спуск к озеру и светлые бегунки в пойме были хорошо видны со стороны бака. Про валиваясь в "солевой снег", Нина устремилась к мешкам. откуда и прозвучал последний выстрел. Шла она наобум Направления не знали и Чары Акмурадов с Брагиным, которые поспешали в темноте за Ниной, чтобы не потерять ее в поднявшемся переполохе.
Казалось удивительным, что после выстрелов нигде не было заметно ни малейшего движения или какого-либо беспокойства. Можно было предположить, что кто-то пульнул из озорства и притих, а, может, и забыл про пущенных в ночь двух ружейных чижей. Пытанный и крещённый в жаркой перестрелке на границе Чары Акмурадов знал что безнаказанно игра с оружием не обходится, и даже шальной выстрел находит цель. Акмурадов догнал Нину около бульдозера и придержал ее за руку. Сергей Брагин остановился чуть в сторонке. Лучше заметишь чье-либо движение и нужный предмет при наблюдении, если сам затаишься и будешь в неподвижности сличать один предмет с другим. Этому старого следопыта Чары Акмурадова не надо было учить. Но едва он успел притаиться, как из-за поломанного прицепа к автомашине вышел человек. Не очень таясь, но осторожно, темная фигура сначала направилась к бульдозеру, однако, не дойдя до него метров десять, вдруг резко свернула к баку с мазутом. Видимо, крадущийся человек был не лишен чутья и понимания опасности. Нина узнала этого человека и хотела окликнуть, но Чары Акмурадов положил ей руку на плечо. Узнали идущего и Сергей с директором. Ничего плохого за этим человеком не замечалось, можно бы и не таиться, но выстрелы в темноте клали на все отпечаток подозрительности, и за ним продолжали тихо наблюдать. Попетляв на Маре между автомашин и бочек, человек неторопливо и осмотрительно направился к жилым баракам. Перейдя блестевшие рельсины, завернул к одинокой сторожке грузчика Ивана Чеменева.
Подождав немного, Чары Акмурадов поднял свой "дозор" из засады.
- Сам Мокридин! - с недоумением, смягчая негодующий взгляд Брагина лучами карманного фонарика, проговорила Нина. - Почему? Он же больной и освобождение получил! За него Мамраз дежурит.
- От высокой температуры иногда случается бессонница или бред, - заметил Сергей.
Мокридин шагал довольно уверенно и неторопливо, как и полагается с бюллетенем в кармане.
