Старинные ксеноновые фонари, шелест мелких волн за парапетом, негромкая музыка где-то неподалеку. Небольшое кафе под уютным полосатым навесом. И ни души. Всеслав сел за столик, аккуратно устроив медвежонка на коленях. Он вообще не хотел выпускать из рук плюшевого друга.
-Не пей сока! -предупредил Мишка, -Нам еще, может быть, долго идти. Лучше молока налей.
-Конечно. Я так и хотел.
Всеслав жевал галеты, запивая теплым, удивительно вкусным молоком. Мишка терпеливо ждал.
-Все? Подкрепился?
-Вроде бы.
-Что ж, пойдем дальше?
-А надо?
Медвежонок выразительно развел плюшевыми лапками.
-Понятно. -сказал Всеслав. -Хотя не очень хочется.
Он вышел из кафе и поплелся по набережной. Любопытно, что теперь на ногах у него были сандалии. Откуда они взялись? Сами наделись?
-Мишка, мне это не нравится. Не помню, чтобы...
-Чего там... Смотри под ноги внимательнее, тут ступеньки стертые.
Всеслав поднялся по узкой лестнице, виляющей между старых акаций и пышных кустов сирени. Впереди в конусах фонарного света виднелась деревянная беседка.
-Ее вечерами строили в парке соседи: дедушка Слободан и дедушка Николае. -вспомнил Всеслав. -Они очень любили рукоделие. А я прибегал смотреть, как старики работают. Никаких инструментов с программированием они не признавали, применяли только старинные пилы, точные копии прежних рубанков. Даже кибердворников прогоняли и сами сметали опилки вениками из камыша.
Всеслав вошел в беседку и топнул по толстым доскам пола.
-Нигде не скрипнет. -с почтением признал он. -Мастера. Я завидовал тому, как споро они обращались с молотками и топорами. Доски мне разрешалось подавать, наблюдать - сколько угодно, а вот топоры и рубанки были под строгим запретом: "Обращаться с инструментами, Славко, надо учиться! -назидательно гудел в усы Слободан. -Строить - это большое искусство. Не присматривать, как кибертехники, за железными оболтусами, громоздящими стены, не высиживать дворцы из яиц, как эмбриомеханики, но - строить собственными руками. Так, чтобы пахло землей, краской, свежераспиленными досками."
-"О, разошелся, морж старый! -подначивал дед Николае, -А для кого вчера кибер бревно разделывал?"
-"То дело совсем другое. .-возражал дедушка Слободан, -возраст наш с тобой не тот, чтобы стволы по два центнера ворочать."
Всеслав провел ладонью по деревянной резьбе:
-Молодцы деды!
Мишка вздрогнул и насторожился:
-Слышишь?
-Нет.
-Внимательнее!
Да, надо было опять уходить. Не мешкая. Пока еще время было и следовало его использовать. Из угла беседки раздалось скрипучее монотонное бормотание: "Рыцарь Бертран повернул своего скакуна в низину, надеясь пересечь мрачные болота до вечернего звона. Но прежде чем он проделал половину пути, он был сбит с толку множеством разветвляющихся тропинок. Не в силах ничего разглядеть, кроме окружающего его бурого вереска, он совсем потерял направление и не знал, куда ему следует двигаться. В таком положении и застигла его ночь".
-Брысь! -досадливо приказал медвежонок. Бормотание прервалось. Но тут же возобновилось. Всеслав выбежал из беседки и, ускоряя размеренный бег, устремился прочь. Позади, затихая, слышался скрип: "То была такая ночь, когда луна бросает сквозь черные тучи лишь слабый отблеск света. Порой она появлялась во всем великолепии из-за своей завесы, лишь на миг открывая перед несчастным Бертраном вид широко раскинувшейся пустынной местности. Надежда и врожденная смелость пока вынуждали его двигаться вперед, но наконец усиливающаяся темнота да усталость тела и души победили: страшась сдвинуться с твердой почвы и опасаясь невидимых трясин и ям, он в отчаянии спешился и упал на землю. Но недолго пребывал рыцарь в таком состоянии: его слуха достиг зловещий звон далекого колокола.
Всеслав проснулся, полежал немного с закрытыми глазами. За открытым окном в кроне дерева возился в гнезде, щелкая клювом, некто, кого, вероятно, также разбудило нехорошее видение. "И тебе не спится." -мысленно посочувствовал Всеслав. Снов не было даже во время пребывания в лагере. И уж подавно не должно быть сейчас. Ничего страшного в этом, конечно, нет, мелочи. Психопрограммисты КОМКОНа-2 поработали на совесть. Как там говаривали двести лет назад в СССР: "Граница на замке!" Граница сознания прогрессора тоже на надежном замке, а ключик там, на другом конце Галактики, на Земле. Но без разрешения приходить снам все-таки бы не следовало. Мелочь, а неприятно.
Всеслав повернулся на спину, расслабившись, приказал себе спать до звонка допотопного хозяйкиного будильника. И чтобы никаких видений! Обрушиваясь в бездонную пустоту, с удовольствием ощутил, что приказ принят организмом к неукоснительному исполнению.
