-Иди, не то опоздаешь. -сказала Ага.
Влившись в толпу галдящих туристов, увешанных фотоаппаратами, Всеслав проследовал в регистрационный зал. Там в течение сорока минут он перенес уже хорошо знакомые процедуры, сопутствующие перемещению из одного Пояса в другой. Заполнение полудюжины опросных листов, фотографирование, сверка отпечатков ладоней, отмывание синей краски с рук. Потом последовала невнимательная и поверхностная проверка вещей. Всеслав с некоторым напряжением ожидал чего-то похожего на личный досмотр: на груди под рубашкой висел, изображая "карманного доктора" для гипертоников, СМС "Aikon-6030" в кожаном чехольчике.
Однако никто не проявил ни малейшего интереса ни к телесам отъезжающего, ни к содержимому его карманов.
Вооруженных солдат и матросов в здании морского вокзала, разумеется, не было и в помине. Но Всеслав машинально сосчитал кордоны бдительных проверяющих в форме гильдии транспортников: шесть. Мышь не проскользнет.
Пока буксировщики разворачивали роскошную тушу "Сияющего", Всеслав стоял на верхней палубе и махал рукой. Но вот теплоход вышел из гавани, оказался в открытом море и взял курс на юго-запад. Яркие огни Хадзесского порта стали медленно тускнеть и расплываться, поднимаясь по завернутому вверх темно-коричневому ночному горизонту. Пассажиры принялись осваиваться, где-то уже звучала музыка, сливаясь с затихающими воплями морских птиц.
Всеслав отыскал каюту №87, открыл дверь маленьким ключиком, выданным ему при посадке. Помещение было крохотным - не более двух с половиной метров в длину и ширину. До потолочной лампочки можно было дотянуться рукой. Но при этом каюта приятно поражала продуманностью планировки и уютом. Всеслав включил радиотелеприемник. Как и следовало ожидать, велось круглосуточное вещание корабельного узла:
-...будет рад принять ночной бар. Кроме того кинозал, танцевальный зал и бассейн...
-Всенепременно. -пообещал Всеслав, щелкая кнопкой "Выкл." -Но не сейчас.
Он открыл иллюминатор, постоял, потягиваясь, поместил чемодан в шкаф. Из пакета, врученного его квартирохозяйкой, пахло упоительно вкусно. И Лунин не выдержал.
-Есть перед самым сном - крайне вредно! -сообщил он себе, надкусывая пирожок с рыбьей печенью.
В тяжелом свертке Аги находилась записка и две совершенно одинаковых рамки из коричнево-желтого нефрита, великолепной старинной работы. Не сразу становилось заметно, что узор на них состоял из искусно сплетенных арабесок, рун, соединявшихся в слово "Хагизиси" - "род потомков Хага".
-Сумасшедшая! -возмутился Всеслав, -Отдать фамильную реликвию! Вдобавок, это же целое состояние. Ну, ничего, приеду, отправлю почтой назад.
Но, прочитав записку, задумался:
-"Милый Да! Никто не сможет даже представить себе, как мы к тебе относимся - Оки... и я. Спасибо за все! Пожалуйста, помни о нас. В одну рамку я вставила снимок. Я и Оки прошлым летом сфотографировались на бастионе крепости, вроде бы получилось неплохо. Не хочу ничего советовать и навязывать, но видела как-то в твоем блокноте рисунок гелевым карандашом. Ты сказал: "Моя мама". Кажется, рисунок по размерам как раз подойдет к второй рамке.
Ага"
Всеслав, качая головой и смотря на непроглядно черный круг иллюминатора, машинально дожевал пирожок. Вывалил на постель вещи из сумки, Блокнот оказался на самом дне. Всеслав осторожно вынул из него листок с портретом и аккуратно вставил под тонкое стекло.
-Что ж, -сказал он, -пусть будет так, правда, ма?
Рискуя надоесть, я снова обращаюсь к вам, уважаемые читатели, с призывом обратить внимание на предлагаемый ниже текст. Мне его передал Тимоти Ли, внук прогрессора, среди прочих материалов из личного архива своего деда.
Не могу ни секунды сомневаться в том, что, начиная с июня 2171 г., связь с Черной Пешкой была налажена безукоризненно. Вся передаваемая В.Луниным информация доходила быстро, в неискаженном виде и в полном объеме. Но нет никаких следов того, что эта информация использовалась для дальнейшей оптимизации прогрессорской работы на Саракше! Мне даже не удалось найти ни в БВИ, ни в специальных КОМКОНовских хранилищах этого, основного, по моему мнению, документа из всех вошедших в содержание "Черной Пешки".
