— Фу-ух, жарища, — Кесса остановилась в тени башни, утирая пот с лица. Прохлады тень не принесла — город нагревало не солнце, жар шёл от самой земли. Мимо прошли двое Ацолейтов, придерживая за ручки летящий ящик с бортиками. Циновка на нём слегка дымилась.
— Хаэй! — окликнула их Кесса, но хески не услышали — что-то заскрежетало особенно громко, а потом земля загудела от тяжких ударов. Над башней, водя по сторонам безглазой мордой, повисло синее хвостатое существо, и второе такое же, выплыв из переулка, подбиралось к нему. Поравнявшись, оба создания опустились ещё ниже, под крыши, и полетели, что-то вынюхивая по пути. «Клоа! Они и тут летают…» — Кесса прижалась к стене и спрятала руки под курткой. «А я не маг, ясно вам?»
Клоа не было дела до её слабенького колдовского дара — они учуяли добычу покрупнее и вскоре исчезли с улицы. Земля снова загудела, и этот гул был Кессе знаком — так сотрясали скалы проползающие под ними Хальконы. Пристань подземных кораблей была где-то неподалёку… ну, по меркам Ацолейтов.
«Сама я тут ничего не найду,» — вздохнула Кесса, оглядываясь по сторонам. Ещё одна тень пролетела над башнями, но нечего было и думать до неё докричаться. «Если бы они помедленнее бегали и поменьше шумели!»
Она снова вытерла лицо, пропустила мимо троих Ацолейтов и угловатый ящик, вертящийся в воздухе и дребезжащий на лету, и покосилась на соседний проулок. Там не было башен — только длинные дома. Они стояли поодаль друг от друга, а в центре их неровного кольца выступала из земли невысокая, но толстая ограда — каменный бортик. Трубы над домами не дымили, и никто не бегал вокруг ограды.
Кесса миновала два дома. Их двери — с чешуями из настоящей бронзы! — были закрыты наглухо, и из-за них доносилось тихое шипение, сменяющееся перестуком. Трубы сочились белесым дымком, но ветер отгонял его от Кессы. Осторожно потрогав чешую на двери, она подняла руку, чтобы постучать — и остановилась.
«Успеется,» — подумала она, отходя к ограде. Бортик был невысок, прогрет солнцем и на вид очень удобен. «Надо сперва поесть! И попить… Боги мои, как тут всё-таки жарко!»
Что-то зашелестело невдалеке, и Кесса посмотрела туда и увидела двоих Ацолейтов. Они, сложив крылья, устраивались на ограде. Это были очень маленькие Ацолейты — чуть ли не меньше Кессы, и их руки покрывал красный мех. Оба хеска смотрели в центр круга, очерченного оградой, не замечая ничего вокруг — и Кесса, проследив за их взглядом, сама замерла на месте и забыла обо всём.
Там была странная ребристая штуковина из тёмного металла, со множеством пригнанных друг к другу деталей, пластин, сверкающих «глаз», большая — в рост человека — и рядом с ней стояли двое Ацолейтов, сложив руки на груди. Ещё двое возились с устройством, укладывая его поудобнее.
— Вот ещё! Не трогай ничего, — громко ответил один из Ацолейтов на глухое ворчание другого. — И я ни к чему не прикоснусь. Атсу снова завоет, что всё сломалось, так пусть хоть на нас не валит.
— Угомонись, Техути, — проворчал второй. — Всё, что поломалось из-за диверсии, уже починено и работает, и этот схор исключением не будет.
— То, что из-за диверсии. А не потому, что Атсу все камни приделал криво, — недобро оскалился Техути. — Впрочем, что мне до него?.. Хватит ползать, Атсу, мы не нанимались весь день тут стоять! Что криво, то не выровняется!
Ацолейт, возившийся со странной штуковиной, с лязгом вернул на место последние пластины и поднялся на ноги, жестами приказывая всем расступиться. Трое хесков без спора попятились прочь от устройства. Теперь, в собранном виде, оно похоже было на огромную ребристую ракушку с торчащими кое-где плавниками.
— Что это за штука? — шёпотом спросила Кесса у мохнатых Ацолейтов. — Зачем она?
Существа, вздрогнув, повернулись к ней. Одно негромко зарычало, второе прижало уши к голове и показало зубы. Кесса мигнула.
— Вас пугают чужаками, да? — она показала Ацолейтам пустые ладони. — Но я не враг!
На площадке загрохотало, металл зазвенел о камень, и Кесса, вздрогнув, повернулась туда. Металлическая штука лежала кверху днищем, откатившись далеко от того места, где её оставили, вся земля была взрыта и дымилась, дым шёл и от самого устройства. Рядом, зажимая ладонью рану в плече, сидел один из Ацолейтов и подвывал сквозь стиснутые зубы, вся его броня была припорошена пылью и хлопьями сажи. Второй склонился над ним, пытаясь оторвать пальцы от плеча.
— Тзуга, покажи! Обжёгся? — кое-как отлепив ладонь хеска от раны, Ацолейт взглянул на неё — и громко зарычал. Из соседних домов ему ответили грохотом и воем, четверо хесков обступили раненого. Он коротко взвыл, когда чьи-то когти впились в рану. Ацолейт-помощник показал всем окровавленный острый обломок и тут же отшвырнул его подальше. Раненый, опираясь на чужие руки, поднялся с земли. Его шатало.
— Тзуга, камень до кости не дошёл. Не бойся! — заверил помощник, дуя на пальцы. — Сейчас рану перевяжут. Пойдём, пойдём, держись за меня…