Двигаясь вперед как во сне, Тэсс вышла из туннеля на воздух, потом пересекла узкий каменный двор и взобралась по неровным ступеням, ведущим к полуразрушенной крыше монастыря. Она медленно подошла к широкой угловой башне и облокотилась на нагретый солнцем камень, вглядываясь в раскинувшееся перед ней пространство земли и моря.
К югу лежал Рай, а за ним Ла-Манш, чья бирюзовая зыбь незаметно переходила в совершенно лазурное небо. В этот день море было спокойным, лишь вдалеке, за мысом Дандженес, были едва видны белые пятна. Прищурившись, Тэсс с трудом различила двухмачтовый люгер, плывущий в сторону Уинчелси. Что-то во внешнем облике этого судна заставило ее вспомнить о французском корабле «Либерте», промелькнувшем прошлой ночью.
Капитан должен быть отчаянным человеком, чтобы дразнить королевский флот в собственном логове! Но Тэсс знала, что существует много видов храбрости. Одни визгливо кричат, требуя восхищения, другие неярко светят длинными ночами боли и отчаяния, не видимые и не оцененные никем.
Эту храбрость гораздо труднее поддерживать в себе, но именно ее Тэсс пыталась укрепить.
Даже сейчас она не знала, что притягивает ее к этим развалинам. Дни величия монастыря минули столетия назад, а сам Фарли окончательно пришел в упадок. Со своей выгодной позиции высоко на башне Тэсс видела гнезда ласточек на карнизе дома и на рамах широких окон с разбитыми стеклами.
Да, стены поддались разрушению, и все лестницы шатались, но это ее дом — единственное место, где она всегда будет чувствовать себя в безопасности. Фарли был у нее в крови, и она сделает все, что угодно, для его спасения.
Еще будучи маленькой девочкой, Тэсс. просила мать снова и снова рассказывать древние легенды о Фарли. Легенды о том, как римляне возвели здесь когда-то морскую крепость рядом с большим портовым городом. Легенды о том, как позднее пришли норманны, поднимая башни на римской каменной кладке, сделанной на болотах, где когда-то плескалось море.
У Тэсс от страха поползли по спине мурашки. Она вспомнила о самой старинной из всех легенд, грустной истории, всегда заставлявшей ее мать плакать. Тэсс хорошо помнила, как сидела скрестив ноги на черной земле, пока ее мать ухаживала за садом белых цветов. Не шевелясь и не говоря ни слова, слушала Тэсс снова и снова рассказ о двух обреченных любовниках, встретивших свою смерть где-то на землях Фарли.
Говорили, что они все еще разгуливают по парапетам в безлунные ночи, когда с моря дует холодный, пронизывающий ветер. Томас уверял, что несколько раз видел их призрачные очертания и слышал отдаленный звук таинственной волынки.
По спине Тэсс снова пополз холодок. Она вздрогнула, почувствовав, как на ее сознание надвигается темнота. Как можно быть такой глупой? В конце концов, это не более чем детская сказка.
А она больше не ребенок!
Тэсс распрямилась, любовно окидывая взглядом изумрудные холмы, раскинувшиеся вблизи бирюзовых вод бухты Фарли. Да, она родом из этих мест. Это единственный дом, который ей суждено иметь. Ни призраки, ни акцизные чиновники, ни бывший морской офицер никогда не прогонят ее с этого места.
Тэсс вдруг подумала, что всегда, сколько себя помнит, должна была заботиться о ком-то. В течение долгих лет она опекала болезненную мать, защищая ее от гнева беспутного мужа. После смерти матери на попечении Тэсс остался Эшли.
Потом отец разорился, и появилась угроза потерять Фарли. На секунду она представила себе, каково было бы переложить ее ношу на чьи-то плечи, узнать поддержку сильных, утешающих рук. Но она знала, что этого никогда не будет.
Как бы то ни было, какой прок от таких мечтаний? Это только иллюзии для утешения слабых. Нет, ей не нужно ничего и не нужен никто. Она хорошо усвоила горькие уроки жизни. Против ее воли в памяти возникла пара неистовых глаз цвета холодного Северного моря.
Тэсс с вызовом распрямила плечи. «Я покажу вам, ваше чертово сиятельство! — молча поклялась она. — Я всем вам покажу!»
Хобхаус в тревоге поджидал Тэсс у переднего крыльца, когда она подкатила в двуколке к конюшням позади «Ангела». Одного взгляда на напряженное лицо мажордома было достаточно, чтобы понять, что что-то неладно.
— Вас ждут в доме три дамы, мисс Тэсс. Это те же самые, что были здесь на прошлой неделе с просьбой о пожертвованиях для последней благотворительной акции. Я сказал им, что вы можете вернуться очень поздно, но они отказались уйти. Сказали, что откладывали это дело достаточно долго. Тэсс нахмурилась. Она прекрасно понимала, что эти дамы пришли не с дружеским светским визитом. Напротив, воинственная миссис Тредуэлл не раз выказывала Тэсс свое высокомерное отношение. И, что хуже того, ее мерзавец сын начал шнырять вокруг гостиницы и попытался однажды припереть Тэсс в углу, у винного погреба, чтобы лапать потными руками. Все это не оставляло каких-либо иллюзий по поводу данного визита.
— Как Джек? — тихо спросила Летти, когда Тэсс вошла в прихожую.
— Мне кажется, он выглядит лучше. Томас посмотрит за ним, пока я не вернусь. Так, а что посетители? — жестко спросила Тэсс.
