Эта книга про Черную Руку.Этой Черной Рукой всегда пугают детей — словом, с ней лучше не встречаться. А девочка Катя и мальчик Саша с ней встретились и об этом не пожалели. Автор уверен, что и читатели не пожалеют, потому что читатели — люди уже большие и почти взрослые. А кто маленький и не очень взрослый — тот может читать прямо в памперсе. Приключения с Черной Рукой начинаются!
Я посвящаю эту книгу моей дочери Кате и сыну Саше. Они не испугались Черной Руки и отправились с ней в путешествие.
А я испугался и спрятался под диван. Дети, не будьте похожи на меня! Переверните страницу, вас ждут удивительные приключения.
Однажды Катя и Саша сидели на веранде и ели мороженое. Мороженое им купил папа, хотя он не хотел его покупать. Саша и Катя в этот день вели себя отвратительно. Катя в свои десять лет опять не хотела играть на пианино сонатину Бетховена, а шестилетний Саша нарисовал прямо на стене большого крокодила.
Саша взял цветные мелки, посмотрел по сторонам, увидел, что никого нет, и стал рисовать. Он знал, что родители будут его за это ругать, но сдержаться не смог.
Он рисовал целый час и выглядел очень смешно, потому что от старания даже высунул розовый язык.
Крокодил получился большой и зеленый, во всю стенку. Прямо конфетка, а не крокодил.
Но, как мы знаем, некоторые родители не могут оценить современную живопись.
Увидев зеленого красавца на стене, папа ужасно закричал. Он закричал так громко, что Саша даже прикусил язык. Папа стал топать ногами и заявил, что он только что потратил кучу денег на краску и рабочих. Они только вчера закрасили в комнате на стене большую пожарную машину с цветными колесами. Ее тоже мелками нарисовал Саша.
Наверное, когда-нибудь Сашины картины будут висеть в самых главных музеях и чтобы их посмотреть, будут стоять длинные очереди. Но сейчас рисунок Саше явно не удался. Потому что у крокодила было крокодилье тело, а голова была папина — такая же лысая и в очках. И хотя у папы-крокодила был красивый длинный хвост, сам папа это не оценил и сказал, что над ним издевается его собственный сын.
И Сашу решили наказать.
— Рассыпьте в углу детской комнаты горох! — потребовал папа. — Рассыпьте его так, чтобы Саша стал на коленки на этот горох. И чтобы, простояв на горохе целый час, он навсегда запомнил, что на стене рисовать крокодилов нельзя. А с головой родного папы и подавно.
— А где его можно рисовать? — вдруг спросил Саша.
Папа перестал кричать и задумался.
Действительно, это оказался непростой вопрос.
В большой комнате рисовать было негде: там висели картины, которые любила мама, там стоял рояль, а в углу был камин.
В спальне мамы и папы тоже не порисуешь, потому что там на стенах висели какие-то дурацкие лампы и стоял еще один телевизор.
На кухне стояла кухонная мебель, холодильник и висели кастрюли.
В гараже стояли канистры и машина.
В туалете был туалет.
А в чулане было страшно не то что рисовать, но и входить. Там было темно, в углах как будто что-то шевелилось, и все время было нехорошее предчувствие, что тебя кто-то схватит за нос.
Сейчас рисовать действительно негде, но я что-нибудь придумаю через неделю, — решительно соврал папа. — Зато я тебе купил новый диснеевский мультик.
Папа очень любил покупать Саше и Кате мультики. Ему нравилось, что его дети сидят рядышком, что-то смотрят, молчат, не прыгают на диване, не дерутся подушками и не гоняются за дачной кошкой Герой.
Он протянул Саше диск в красивой упаковке, которую Саша так любил снимать, разрывая зубами упругую, остро пахнущую пленку.
Но Саша не взял диск. Он стоял, глядя в пол, а потом упрямо спросил:
— Если негде рисовать, то зачем ты мне купил мелки?
Папа задумался. Он помнил, что мама сказала ему, чтобы он купил Саше мелки. И папа честно их купил.
Но он совсем забыл, что мама поручила купить мелки вместе со специальной черной доской, на которой можно ими рисовать. А мелки — это не фломастеры. Фломастерами, к примеру, можно рисовать в папином деловом блокноте. Или на его новой белой рубашке.
А мелками — только на этой доске. А доски нет.
Остаются стены.
Так что получается, что в появлении крокодила виноват не столько Саша, сколько папа.
И на горохе должны стоять двое: Саша — за рисунок и папа — за то, что не купил доску.
— Кстати, а горох у нас давно закончился, — нервно вмешалась в разговор няня Наталья Федоровна. — Его съели еще на прошлой неделе.
Няня говорила неправду. Горох был, но она его быстро спрятала в гараж, за старые покрышки. Она очень любила детей и не представляла себе, что Саша вначале стоит на горохе, а потом у него болят коленки.
— А кто съел горох? — подозрительно спросил папа. — Я его не ел. И вообще, что происходит в моем доме? Сначала меня рисуют лысым. А потом исчезают важные для воспитания продукты питания!..
