Рози положила руку Сенейре на щеку с мягкостью, которая так резко контрастировала с ее предыдущими действиями, что я вспомнил, как она называет себя идущей по пути Шипов и Роз.
— Ты думаешь, что это ты во всем виновата. У тебя доброе и благородное сердце, которое не может вынести мысли о том, что ты — причина страданий тех, кого ты любишь. Хорошо иметь такое сердце, но если ты хочешь помочь брату, ты должна уравновешивать его мудростью и силой.
Сенейра уставилась на нее, и я видел, как у нее на лице отразилась борьба двух противоречивых мыслей — отвращения к поучениям и отчаянного желания защитить свою семью.
— Скажи, что мне нужно сделать, — наконец выпалила она.
— Во-первых, мы должны понять, куда твой отец унес твоего брата, — сказала Фериус, спускаясь к нам по лестнице. — Обычная больница — слишком приметное место. Слишком много народу будет знать, что твой брат болен, а слухи о Черной Тени обычно распространяются, как лесной пожар по сухому подлеску. — Она жестом обвела пустой дом: — Так как дом пока еще никто не сжег, можно точно сказать, что о болезни твоего брата никто не знает.
— В Академии есть факультет медицины, — сказала Сенейра, и ее лицо озарила надежда. — Отец мог тайком принести туда Тайна через служебные проходы в основании башни, положить в одну из особых приватных палат и поставить у дверей охрану.
Рози сомневалась.
— Такой сложный план неразумен. И слишком много народу узнает, что происходит.
— Сестра, ты всегда плохо понимала людей, — возразила Фериус. — Когда человеку страшно, ему нужно укрыться в надежном месте, где он почувствует себя в безопасности.
— Хорошо, сначала присмотримся к этому факультету медицины в Академии, — вторая аргоси посмотрела на Сенейру. — Ты должна ждать здесь, дитя, пока мы не вернемся.
Сенейра кивнула, потом прошла прямо мимо Рози и вышла из дому, так что нам всем пришлось последовать за ней.
Фериус усмехнулась, проходя мимо остолбеневшей Рози.
— Вот об этом я и говорила.
При ближайшем рассмотрении Академия была еще более внушительных размеров, чем казалась издалека. Башню окружал мощеный двор, который освещали медные масляные лампы, укрепленные по периметру, так что группки студентов могли с удобством сидеть на скамейках и читать или разговаривать, а то и просто созерцать величие своей Академии.
— Здесь всегда так людно по ночам? — спросил я. Мы прятались в каком-то неосвещенном углу снаружи и оценивали ситуацию. Вообще-то было уже так темно, что мы, наверное, могли бы пробраться в Академию незамеченными, но через массивные открытые двойные двери было видно, как светло внутри и сколько там народу.
— Академия никогда не закрывается, — сказала Сенейра. С каждым шагом ее лицо становилось все тревожнее, словно желание найти брата сталкивалось со страхом, что кто-то узнает, что у нее Черная Тень. Хотя она снова надела повязку, если кто-то из знакомых студентов ее увидит, вопросов не избежать.
— Не надо было тебе сюда идти, — сказала ей Рози, намеренно игнорируя предупреждающий взгляд Фериус. — Из-за твоего присутствия нам только труднее будет пробраться на медицинский факультет незамеченными.
— Да неужели? — спросила Сенейра. — И сколько времени, по-вашему, вы без меня будете блуждать по башне, пытаясь найти факультет? Даже если и найдете, с чего отцу или его охране доверять кучке чужаков? Только лишь потому, что они якобы знают его дочь?
На лице Рози, всего на краткое мгновение, промелькнуло странное выражение, но я преисполнился уверенности, что только что разузнал один из секретов, которые таили от нас аргоси. Я уже открыл рот, чтобы сообщить об этом, но тут заметил легчайшее движение руки Фериус: она смотрела на меня и подавала мне знак молчать.
— Нам просто нужен отвлекающий маневр, — сказала она.
Я встал на колени, оказавшись лицом к лицу с Рейчисом, который стал совсем черным: если бы не глаза, его было бы почти не разглядеть в темноте.
— Ну что, партнер?
Он посмотрел на меня, подергивая усами. Я видел, что он раздумывает, не выторговать ли у меня что-нибудь в обмен, но белкокот, видимо, вспомнил, что у меня ничего нет по той причине, что все мои деньги и так уже у него.
— Насколько шумный отвлекающий маневр вам нужен?
— Достаточно шумный, чтобы никто не заметил, как мы заходим в башню, но не настолько шумный, чтобы поднять на уши весь город.
Он ответил мне одной из своих пугающих ухмылок.
— Действенный, но малозаметный. Понял.
— Что он сказал? — спросила Фериус.
Я выпрямился.
— Что нам, пожалуй, лучше напоследок помолиться богам, в которых мы верим. Прямо сейчас.
Рейчис отряхнулся, и его шкурка изменила цвет с угольно-черного на ярко-красный с серебряными полосами. Он сорвался с места, рыча во всю глотку, взлетел вверх по одному из фонарных столбов и оттуда спланировал на голову одному из студентов, который мирно проходил мимо.