- Почему, - повторил с усмешкой подследственный. - Недаром говорят: седина в голову, а бес в ребро. Валерий Платонович весной лечился в Трускавце, ну а когда вернулся, привез с собой Сторожук. Воспылал, видите ли, любовью... Что ему стукнуло в голову, не знаю, но вдруг приревновал меня к ней страшно. Главное, без всякого повода! И уволил, что называется, без выходного пособия. Да я и сам поскорее отвалил от него: могли так отделать, что на всю жизнь остался бы инвалидом, а то и вовсе отправить на тот свет.
- Как же так? - удивился Кичатов. - Вы боксер, мастер спорта...
- На ринге уложу кого угодно. И в честной драке. Но ведь среди таких тузов, как Скворцов-Шанявский, честного человека встретишь не чаще, чем жирафа в Арктике.
- Туз - в смысле делец? - уточнил Игорь Андреевич.
- Нет, - мотнул головой Эрнст, - в смысле карточный шулер... За вечер он может спустить или выиграть столько, сколько вам не заработать за пять жизней! И когда нужно расправиться с кем-нибудь, мой бывший патрон запросто найдет лихих мальчиков... Одурманят тебя из газового пистолета, бросят под электричку - и поминай как звали!
Игорь Андреевич вспомнил допрос Астахова - тот тоже говорил о нравах, царящих среди картежников. Впрочем, Чикуров и сам немало слышал от своих коллег, расследовавших подобные дела, и знал, что допрашиваемый не врет. Еще он подумал: если Бухарцев упоминает "профессора" в настоящем времени, то, выходит, не знает, что Скворцов-Шанявский погиб.
- После того как ушли от Скворцова-Шанявского, куда же вы подались? задал вопрос Кичатов.
- Пошел сначала к геологам, - ответил Эрнст. - Думал, оценят мой талант, озолотят. Я ведь могу находить воду, металлы разные. В старое время нас называли рудознатцами... А меня надули.
И Бухарцев поведал следователям историю о том, как он помог найти богатое рудное месторождение, а все лавры его открывателей присвоило себе начальство геологической партии.
- Потом переметнулся к археологам, но и они оказались жлобами, - со вздохом продолжал Бухарцев. - Ведь эти кроты копают наугад. Будет находка или нет - бабушка надвое сказала. А я навел их на древнее захоронение. При помощи, естественно, моего дара. Сенсация была! Из Москвы прилетел член-корреспондент, все тряс от восторга бородой, старый козел. "Находка века, находка века!" - передразнил он кого-то и замолчал.
- И что дальше? - поторопил его Чикуров.
- Выперли меня, - хмуро произнес допрашиваемый. - Тот самый членкор...
- Тоже не захотел делить славу?
- Да нет, пришили мне, будто я спер нефритового божка.
- Кого-кого? - переспросил Кичатов.
- Ну, вот такую фигурку, - Эрнст показал размер пальцами, - не больше спичечного коробка, из нефрита. Это камень такой поделочный.
- Действительно не брали? - внимательно посмотрел ему в глаза Игорь Андреевич.
Подследственный не выдержал этого взгляда, потупился и негромко ответил:
- А на кой он мне?
"Ой, опять воротит физиономию, - подумал Игорь Андреевич. - Никак врет?"
- Откуда у вас такие способности - чувствовать в земле металлы и воду? - задал очередной вопрос Кичатов. - Это что, врожденное?
- Да как вам сказать, - встрепенулся Бухарцев оттого, что следователи не настаивают отвечать на щекотливый вопрос. - И от природы малость, и от бати. Он приучал меня к этому сызмальства. А потом, приспособления разные существуют... Эх, жаль, отобрали у меня при аресте мою рамку, я бы продемонстрировал.
- А что представляет из себя рамка? - поинтересовался Чикуров.
С описью изъятых у Бухарцева вещей следователи были знакомы.
- Ну, такая, наподобие авторучки, - пояснил допрашиваемый.
Действительно, в описи такой предмет упоминался.
- Как она действует? - спросил Игорь Андреевич.
- Понимаете, головная часть рамки на шарнире, и, если в земле находится, к примеру, золото, она сама указывает, что тут находится металл.
- Кто ее вам сделал?
- Да никто. Сам. Штука простая, никаких премудростей, - ответил Бухарцев и начал было рассказывать принцип действия, но Игорь Андреевич попросил сделать это письменно, что Бухарцев охотно и выполнил.
На вопрос Кичатова, куда он отправился после археологов, Бухарцев ответил:
