РОМАНОФФ: Хорошо. Хочешь правду? Забудь о Ресифи. Все началось в Рио.
Стоя у подножия огромной каменной статуи Христа, возвышающейся над Рио-де-Жанейро, Наташа надкусила плод дикой гуавы. Девушка рассматривала монумент и поедала спелый розоватый фрукт, не обращая внимания на сок, капающий с подбородка. Гладкие сероватые руки из мыльного камня были раскинуты в стороны, будто гигантский сорокаметровый мессия, чья фигура выделялась на вершине горы, действительно думал, что может заключить в свои объятья весь город.
– Скажи, зачем мы опять забрались сюда? – Ава Орлова, новобранец Академии ЩИТа, чьей наставницей в настоящее время являлась Наташа, бросила взгляд на гуаву в руке спутницы. – Ха. Надо же. По тебе не скажешь, что ты любишь фрукты.
– Я люблю фрукты. Почему бы не любить? – Наташа сглотнула. – Что ты хочешь этим сказать?
– Давай-ка подумаем. – Ава начала двигаться сквозь толпу туристов, собравшихся на смотровой площадке высоко над городом. – Толстая кожа, но кое-где в серединке можно найти сладость и мягкость, – произнесла она с невозмутимым выражением лица. – Слегка потрепана и даже с гнильцой…
– Забавно. – Наташа нахмурилась. – А что, по-твоему, я ем? Камни?
Ава зашагала вдоль перил, оглядываясь на Наташу через плечо.
– Не знаю. Может, патроны? И запиваешь их горючим.
Стараясь не улыбаться, Наташа снова повернулась к городу. С тех пор как девушки покинули Нью-Йорк, их отношения смягчились и перешли в приятельские. Наташу это нервировало.
Черная Вдова обвела взглядом раскинувшийся внизу бледный город и бескрайний голубой океан, швырнула кожуру гуавы в небо. Кожура описала в воздухе дугу и упала, покатившись вниз по склону горы. Не отрывая взгляда от города, Наташа вытерла ладонью липкие губы. Каждый раз, когда она приезжала в Рио-де-Жанейро, она поднималась на эту возвышенность; за годы это превратилось в традицию. Несмотря на то что работа забрасывала ее в Рио далеко не впервые, девушка никак не могла привыкнуть к этому городу, особенно к его виду со смотровой площадки статуи Христа на горе Корковаду. Эта, пусть и глупая, привычка всегда имела для Наташи большое значение, и ей очень хотелось показать это Аве.
Здесь действительно было необыкновенно красиво: береговая линия очень напоминала странную, нарисованную от руки карту, вроде тех, что располагались на первых страницах старых книг в жанре фэнтези. Все перед глазами Наташи было слишком четким, слишком неправдоподобным, слишком ярким, чтобы быть настоящим.
Обычно в реальности мир далеко не так прекрасен.
